«Любовные письма» «Pop-up театра» — аттракцион невиданной нежности и тихой политической силы.

Его организаторы Семен Александровский и Анастасия Ким приглашают петербуржцев включить в него собственные художественные проекты.

Вера Полозкова, Ксения Раппопорт и Евгений Водолазкин вместе с другими восемью десятками человек озвучили любовные письма известных петербуржцев. Приложение для смартфонов «Love Letters Walk» автоматически подгружает их голоса, когда во время прогулки по Петербургу вы приближаетесь к дому, где это письмо было написано или его читали.

«Вспоминаю, дусик, как я тихо жила с тобой, тихо и хорошо. Как с тобой в кресле сиживала, как болтали. Вспоминаю твои милые любящие глаза и добрую улыбку», — с набережной реки Мойки Ольга Книппер писала в Ялту больному Чехову в 1902-м.

«Родной мой Володенька, прошу тебя, гони ты прочь темные мысли… Право, мы сейчас можем быть почти счастливы: дом хороший, никто не плачет, никому не должны», — в 1950-м на Потемкинскую улицу пишет мужу Владимиру Гардину его жена Татьяна.

«Любовные письма»«Любовные письма»© «Pop-up театр»

Нежность изливается в город через эти голоса, растет, копится, к третьему километру прогулки Петербург кажется буквально залитым нежностью.

«Я верю: мы сделали хорошо. И ангел-хранитель — добрый знак. Теперь дело только в экономии, а суть — в руках. Скоро, скоро, скоро Варшавский вокзал…», — убеждает Вячеслава Иванова Лидия Зиновьева-Аннибал, отправляя письмо на Пушкинскую. Они давно в отношениях, но недавно решили обвенчаться вопреки церковному запрету.

Многие питерские дома говорят женскими голосами. Большинство голосов — мужские. Гендерные стереотипы приписывают мужчинам силу, рассудочность, независимость, стремление подчинять. Но в письмах своим возлюбленным — в прошлом веке, позапрошлом и раньше — мужчины звучат уязвимыми, мечтательными, эмоциональными, нежными.

«Я в какой-то хрустальной сказке», — пишет Бальмонт жене Екатерине.

«Я — не мальчик, я знаю эту адскую музыку влюбленности, от которой стон стоит во всем существе и которой нет никакого исхода», — признается Блок артистке Любови Андреевой-Дельмас.

Три часа прогулки с приложением «Love Letters Walk» — и частная жизнь видится огромной, вольной, неподконтрольной — считай, антигосударственной силой.

Они формулируют стереотипы, тут же крушат их — и весь этот хор мужчин вызывает удивительный эффект в духе новой маскулинности.

«Так хотел перенестись к вам, что едва мог сдержать слезы, — пишет Бакст Любови Гриценко. — Что это со мной делается — как ребенок или как женщина. Господи, еще все нет письма!..».

То, как со временем меняется любовная риторика, — особый сюжет проекта. В каждом письме можно различить канон и индивидуальный голос, то, что в нем принадлежит культуре и времени — и то, что — отдельному, частному человеку.

Эхо частной жизни из разных времен поначалу «утепляет» город, сообщает ему человечность. Накапливаясь, соединяясь в хор, голоса вступают с конфликт с Петербургом — воплощенной в камне идеей власти, в том числе власти разума над чувством. Три часа прогулки с приложением «Love Letters Walk» — и частная жизнь видится огромной, вольной, неподконтрольной — считай, антигосударственной силой.

«Любовные письма»«Любовные письма»© «Pop-up театр»