Все же удивительно, что Пушкин связан родственными узами с Африкой. Происхождение от Абрама Ганнибала, вывезенного из Африки крестника Петра Великого, волновала самого Александра Сергеевича, его современников и до сих пор накладывает отпечаток на споры о личности поэта. Действительно, «Пушкин всей поверхностью кожи ощущал присутствие в себе негритянского прадеда, от него явилась внешность правнука, характер; черный прадед волновал, не давал покоя… Его происхождение вызывало не всегда доброжелательное любопытство. Подозрительность преследовала его постоянно, нередко переходила в ярость. Из всего русского дворянства только в нем и его родне текла африканская кровь, инородная славянской, чужая загадочная кровь».

Между тем подробной биографии Абрама Ганнибала до сих пор не было. Рассказать детали взялся прекрасный знаток истории петербургского периода Феликс Лурье. В основном его изыскания опираются на уже известные материалы – как замечает автор, к сожалению, «почти ничего нового в архивах и рукописных отделах институтов, музеев и книгохранилищ отыскать не удалось». Однако удалось заново проанализировать весь корпус сведений о жизни Ганнибала – талантливого военного инженера, знатока фортификации и баллистики (в частности, он проделал огромную работу по определению и оборудованию границы между Россией и Швецией согласно Абовскому трактату). Это была долгая жизнь, в которой были и покровительство императора, и войны, и опала, и фактическая ссылка в Восточную Сибирь (официально Ганнибал был послан для «строения на китайской границе по чертежу крепости»), но под конец все же выпало два десятка спокойных лет. Автор идет по следам Ганнибала и одновременно следует за Пушкиным, изучающим жизнь своего предка, – а мы погружаемся вместе с ним в бурную повседневность XVIII столетия, в котором выкраденный в Экваториальной Африке мальчик мог стать русским генералом.