По отцу он из рода князей Оболенских. По матери – из семьи «маленького коммерсанта» Могилевской губернии, воспитавшего трех прекрасных дочерей. Евгения, мама Алексея, окончила Литературный институт в Москве, стала литературным критиком. Заведовала отделом поэзии в журнале «Москва» и дружила со многими известными писателями. Алексей Симонов через всю жизнь пронес благодарность и нежность к матери и глубокое уважение к отцу, дружбой с которым всегда гордился. «Я вырос в литературной среде, которая стала настолько естественной частью быта, что поэт, читающий стихи, был в доме привычен, как соседка, пришедшая занять соли…» «Я не изучал литературу, – сказал А.К. Симонов моим студентам-филологам. – Я в ней жил».

За спину отца он никогда не прятался и после школы, вместо престижного вуза, отправился лаборантом в экспедицию в Якутию. Вернувшись в Москву, решал, куда поступить. «Хотелось чего-то нескучного, но и необременительного. Из четырехугольника филфак – журфак – иняз – литинститут возник выход по тем временам достаточно экзотический – то бишь нескучный: Институт восточных языков при МГУ. «“Трезвая лень” привела на самое простое – индонезийское отделение…» Во время учебы съездил на год в Индонезию переводчиком. Защитил диплом, «почти счастливые три года» проработал в издательстве «Художественная литература». Переводил индонезийскую, африканскую поэзию, английскую прозу и драматургию. Вместе с отцом перевел пьесу Артура Миллера «Цена». В 1968 поступил на Высшие режиссерские курсы. «От постоянных литературных занятий, переводов, редактуры, отчасти сочинительства я ушел в кино», и отец решил, что это «от нежелания быть в литературе Симоновым-вторым». Он и не стал вторым, а приобрел свое собственное имя – режиссера, публициста, правозащитника. Но и писателем он стал тоже. Его книги – весомый вклад в отечественную публицистику и мемуарную эссеистику и отличное пособие по изучению истории литературы в школе и вузе.

Вот «Частная коллекция», где перемешаны фрагменты из дневников, письма из семейного архива, литературные портреты писателей, актеров, режиссеров, смешные байки и пронзительные исповеди. И – интереснейшие факты общественно-культурной жизни второй половины ХХ века. История о том, как родители Алексея Симонова способствовали публикации в журнале «Москва» романа М. Булгакова «Мастер и Маргарита», читается как захватывающий детектив. Константин Симонов был тогда председателем Комиссии по литературному наследию М.А. Булгакова и, когда Евгения Ласкина, сотрудник журнала «Москва», спросила, нет ли у него какой-нибудь «ударной прозы», тот ответил:

« – Есть, но не напечатаете. – Напечатаем. Переводная? – Не напечатаете. Отечественная. – Спорим, напечатаем! – Спорим, не напечатаете!

Вот так в результате пари, заключенного между моими родителями, в нашем доме появилась довольно толстая папка с красными завязками с “Мастером и Маргаритой” внутри… Мать принесла роман Поповкину (главному редактору “Москвы”) и он уехал на уик-энд на дачу… Мать ждала. Ждал отец. Ждала и Елена Сергеевна Булгакова…

– А чего, собственно, было ждать и нервничать? – спросит читатель, и, если он молод, простим ему. Отсюда это действительно кажется ерундой, бессмыслицей. А тогда? Судьба романа Василия Гроссмана, что проследовал в госбезопасность прямо от главного редактора “Знамени” Вадима Кожевникова, романа конфискованного и уничтоженного, была свежа в памяти всех участников и свидетелей этого дела… А судьбы других рукописей, переходивших в самиздат, потом в тамиздат, а потом вынуждавших авторов отрекаться или следовать за своими детищами или уходить в диссидентство, в противостояние? А ответственность за судьбу книги, значение которой они – не глупее нас с вами – поняли с первого чтения? А судьба Елены Сергеевны, которую когда-то Смеляков назвал “образцовой вдовой писателя”, судьба, которую она сама беззаветно связала с судьбою романа?» Как бы то ни было, редактор разрешил опубликовать роман, но поручил опытному цензору убрать из рукописи все опасные моменты. Роман «Мастер и Маргарита» был напечатан в № 11 за 1966 год и в № 1 за 1967-й. А Алексей Симонов с мамой перепечатали и вклеили в журналы все изъятое. «Журналы топорщились при каждом открывании, как два огромных бумажных ежа. Там были вклейки-слова и вклейки-фразы, вклейки-эпитеты и вклейки-абзацы, вклейки-метафоры и вклейки-страницы. И три больших многостраничных куска: «Сон Никанора Босого», половина «Бала у Сатаны» и «Разгром Торгсина»…» Такой вот получился «рукотворный памятник одержанной победе» над цензурой…

К. Симонов, В. Луговской, А. Твардовский, Б. Слуцкий, Д.Самойлов, А. Сурков, А. Дудинцев, В. Корнилов, Е. Евтушенко… Л. Утесов, Г. Уланова, О. Даль, Е. Камбурова, Ю. Никулин – о них Алексей Симонов снимал документальные фильмы… Обо всем этом и о многих других явлениях отечественной и мировой культуры, в том числе о съемках самого известного художественного фильма Симонова – «Отряд», получившего множество наград, в книгах Алексея Симонова рассказано живо, увлекательно, горячо и честно…