У Вольфи Энгельке (имя от слова «волк», фамилия от слова «ангел») папа давно умер, и мама воспитывает сына в строгости. Ей важно, чтобы Вольфи помогал по дому (он помогает), но важнее, чтоб ровно в девять ребенок ложился спать (и никаких фильмов по телевизору), а еще важнее – чтоб не задавал лишних вопросов. Ведь непослушному ребенку одна дорога – в колонию для трудновоспитуемых. Поэтому по субботам в гости приходит дядя Вильфрид и «воспитывает» племянника ремнем – иногда, может, и за дело, но чаще просто так, для профилактики. Тем не менее, Вольфи не чувствует себя особенно несчастным, да и маму чаще жалеет, чем обижается на нее. Труднее всего – не задавать этих самых вопросов! Потому что как-то раз Вольфи нашел на чердаке старые школьные тетрадки, подписанные аккуратным почерком: Роберт Дюпрей. Кто бы это мог быть? А через некоторое время Вольфи навещает тетушку и видит у нее открытку, на которой тем же почерком выведено: «С сердечным приветом, Роберт Дюпрей-Энгельке». Так, значит, это родственник? Набравшись храбрости, Вольфи все-таки задает маме прямой вопрос. Она никогда не лжет сыну, и мальчик потрясен услышанным ответом. «Старший брат! Который когда-то был мальчишкой… А какой он? Где он живёт? Похожи ли они с Вольфи?» Но больше ничего мама не расскажет: «Он плохой человек, он подвел меня. Поэтому мы не видимся». Раз такое дело, сумеет ли Вольфи остаться послушным мальчиком? Повесть Дарьи Вильке «Между ангелом и волком» опубликована в издательстве «БерИнга».

Сестры Мелия и Мирто знают тайну: леопард, чучело которого красуется в стеклянной витрине посреди гостиной, на самом деле живой, и старший брат Никос может рассказать про него тысячу удивительных историй. Он студент, живет и учится в Афинах, но на праздники и каникулы всегда приезжает к родным. А семья у них дружная и веселая, хотя, конечно, сестры иногда ссорятся между собой или получают нагоняй от взрослых – но редко, потому что в доме царит демократия. Даже кошку назвали этим именем! То-то весело кликать ее домой в сумерках: «Демократия, где ты?» И вот кошке нужно новое имя. В стране объявлена диктатура, и того, кто кричит о демократии, могут арестовать как политического преступника. Приходится скрывать свои мысли, потому что не знаешь, кому можно доверять; все за всеми следят, и даже чучело леопарда под подозрением! Никос – враг диктатуры; он вынужден скрываться. Если тайна его убежища будет раскрыта, он поплатится жизнью. Мелисса (хотя ее назвали Мелисса, ей больше нравится Мелия) знает, на чьей она стороне, и ни за что не выдаст любимого брата! А что же Мирто? Ее в школе учат любить диктатора и ненавидеть повстанцев – таких, как Никос… Повесть греческой писательницы Алки Зеи «Леопард за стеклом», по-русски выходившая только в 1960-х годах, заново выпущена издательством «Самокат».

В этом же издательстве вышла повесть французской писательницы Мари-Од Мюрай под названием «Умник». Клеберу семнадцать лет, он оканчивает лицей, а Умнику, его старшему брату, всего… три годика. Как такое может быть? Очень просто: двадцатидвухлетний Барнабе – умственно отсталый. По интеллектуальному развитию он остался на уровне трёхлетнего ребенка и никогда не «повзрослеет». Мать их умерла, и у отца новая семья, но у Клебера есть свой доход – наследство от матери, и живется ему, в сущности, неплохо. Проблема только в Барнабе. Отец считает, что удобнее всего содержать больного в специальной клинике – там врачи, уход, ему хорошо. Но нет, под присмотром врачей Умник всегда печален, ему грустно и одиноко. И Клебер принимает решение: он заберет Умника из клиники, привезет с собой в Париж и сам будет заботиться о брате. Вот Клебер, Умник и его закадычный друг Месье Крокроль (игрушечный плюшевый кролик) снимают две комнаты в большой квартире, где уже обитают три развеселых студента, причем один из них со своей девушкой. И что удивительно: никто из них не возражает против присутствия Умника – взрослого парня с мозгами младенца. Наоборот, все его любят и ничуть не опасаются, что этот «большой ребенок» что-нибудь натворит или сам пострадает, оставшись без присмотра, когда брат уедет на занятия. Умник почти ничего не пачкает, не ломает, никому не мешает, всегда мил, дружелюбен и в хорошем настроении. Увы, писательница изображает перед нами чистенького, обаятельного, удобного в быту олигофрена, каких на свете, к сожалению, не бывает. Поэтому повесть про Умника мы можем воспринимать только как милую сказочку, не имеющую почти никакого отношения к реальной жизни. Хотя, конечно, даже в таком чтении можно найти что-нибудь утешительное – например, мысль о братской любви. А бывает ли такая любовь, откуда она берется и что с ней происходит – ответы на эти вопросы каждый может найти, основываясь уже на своем собственном жизненном опыте.