Как часто, вспоминая любимые книги детства, погребенные под тоннами дешевого чтива 1990-х, с грустью думала: столько хороших подростковых повестей советских лет забыты, видимо, навсегда. Оказывается, есть человек, который умеет возвращать вторую жизнь книгам нашего детства. Ностальгически-романтические «души прекрасные порывы» и бескорыстное желание открыть подрастающему поколению произведения глубоко нравственные, честные и сильные, сочетаются в нем с предприимчивостью, практической сметливостью и той долей здорового авантюризма, без которого нет коммерческого успеха. Илья Бернштейн все время подчеркивает, что делает только то, что ему интересно, не оглядываясь на конъюнктуру рынка. Один из его проектов, например, – издание дилогии Леонида Соловьева, мало кому известного писателя, осужденного по печально известной 58-й статье и писавшего своего «Очарованного принца» в Дубравлаге. «Почему я издал именно ее? Потому что это – любимейшая книга моего детства. Я ее наизусть знал». Бернштейн убежден в том, что если делаешь что-то с полной отдачей и энтузиазмом, обязательно найдутся те, кто пойдет за тобой. Вот почему каждая новая книга, подготовленная и выпущенная им, вызывает большой интерес у читателей.

Помню изумление, смешанное с ликованием, когда в «Теревинфе», где тогда редакторствовал Бернштейн, появились «Сказки среди бела дня» В. Витковича и Г. Ягдфельда. И там же – «Лошадь без головы» Поля Берна. Повеяло семидесятыми, настоящей качественной приключенистикой, умной, пронзительной, философски-лирической прозой нашего детства. А с тех пор, как Илья Бернштейн начал готовить в «Самокате» аж несколько книжных серий, его имя стало популярным у книгочеев.

В «самокатовской» серии «Родная речь» вышли повести В. Голявкина «Мой добрый папа», Ю. Коваля «Картофельная собака», Б. Алмазова «Посмотрите, я расту», книги И. Ефимова, В. Попова, С. Вольфа, А. Крестинского, И. Петкевич, В. Фролова – добротная проза для подростков и юношества второй половины прошлого века. Честная, исповедальная литература, в которой о проблемах взросления говорилось без стыдливых экивоков и умолчаний, серьезно и целомудренно.

Серия «Как это было» посвящена трагическим эпохам в жизни нашей страны (война, репрессии). В ней опубликованы с комментариями историков автобиографические книги писателей-фронтовиков. «Будь здоров, школяр!» Б. Окуджавы – об арбатском мальчишке-интеллигенте, попавшем на передовую. «Ласточка-звездочка» В. Сёмина, которого подростком угнали в Германию. «Звезда печали» В. Шефнера, «Он упал на траву» В. Драгунского… Книга Марьяны Козыревой «Девочка перед дверью» – воспоминания автора об аресте родителей, об эвакуации в Среднюю Азию. Дневник Маши Рольникайте, который она писала в вильнюсском гетто и концлагерях, был опубликован в советское время, но поскольку тему холокоста тогда не принято было поднимать, книга «Я должна рассказать» осталась в тени и только благодаря усилиям Бернштейна вновь увидела свет. Постепенно временные рамки расширяются, это уже, говорит И. Бернштейн, «русский ХХ век в беллетристике и комментариях историков».

Трагическая история страны первой половины ХХ века, видимо, крепко тревожила Бернштейна, коль он задумал такой проект: рассказ о войне, репрессиях, холокосте теми, кто сам это пережил, причем рассказ максимально объективный, лишенный истерических всхлипов, обличений и поисков виноватых. Все книги действительно про то, «как это было». Это истории, рассказанные людьми порядочными и благородными, а значит правдивыми. Сам Бернштейн говорит, что правда о тех событиях лежит где-то посередине между рассказами «антисоветчиков» и «охранителей». «А иногда она, правда, вообще “вне”. Но рассказать надо именно правду». Поэтому Бернштейн издает собственно-авторские тексты, находя рукописи, не испорченные цензурой. Ведь, скажем, автобиографическая повесть Драгунского «Он упал на траву», о московских ополченцах, в издании для детей была лишена всех острых мест.

Все эти книги имеют научный аппарат: объяснение непонятных (для современного подростка) слов, небольшие исторические справки, комментарии ученых, критиков, популярно растолковывающих особенности описываемой эпохи. Бернштейн сам подбирает рисунки и фотографии, верстает рукопись и предлагает издательству уже готовый макет. «Я занимаюсь литературным, художественным, техническим и научным оформлением своих книг. Но продвижением и распространением не занимаюсь». Вопросы пиара и продаж делегированы «Самокату», самому надежному партнеру Бернштейна. Впрочем, сотрудничает он и с издательством «Белая ворона», где вышла книга самого талантливого журналиста «оттепельной» «Юности» Ильи Зверева и книга Максуда Ибрагимбекова. В своем собственном издательстве «АиБ» Бернштейн недавно выпустил «Кондуит и Швамбранию» Льва Кассиля в довоенном, еще мало отцензурированном, а потому прелюбопытнейшем варианте, а также «Республику ШКИД» Г. Белых и Л. Пантелеева. Обе книги включают статьи о трагической судьбе авторов и героев этих книг.

И еще Илья Бернштейн задумал серию книг о… русском голоде. Первой будет «Ташкент – город хлебный» и рассказы Александра Неверова. В планах издание трилогии о приключениях Васи Куролесова Ю. Коваля с комментариями О. Лекманова, повести «Дневник Кости Рябцева» Николая Огнева. И любопытный проект: комментарии Марии Гельфонд к трилогии «Дорога уходит в даль» Александры Бруштейн, без самого текста. Илья Бернштейн делает только то, что ему интересно. Значит, это будет интересно и нам!