Высок и строен Робин Гуд,

Ему пятнадцать лет,

И веселее смельчака

Во всей округе нет.

Это он – предводитель веселой шайки благородных разбойников, которые никогда не грабили честных женщин и сирот, всегда помогали обиженным и обездоленным, спасали невинно осужденных. При этом отлично умел Робин Гуд учить уму-разуму дурных людей – и жадных епископов, и жестоких лордов, и самого шерифа Ноттингемского. Как-то раз шериф, чтобы заманить Робина в ловушку, устроил турнир лучников, объявив, что победитель получит золотую стрелу. Робин и его приятели надели разноцветные плащи – обычно-то они одевались в зеленое, – и явились на турнир неузнанными. Стрелок в красном плаще оказался самым метким, и приз достался именно ему. Что ж, теперь нужно поведать шерифу правду: он собственноручно наградил своего злейшего врага! Друзья сочинили насмешливое письмо, прикрепили к стреле, и Робин выпустил эту стрелу из лука с такой ловкостью, что послание попало точнехонько в окно к адресату. Узнав, как его провели, шериф так разъярился, что едва не сошел с ума! Рассказы и песни о весельчаке в зеленом кафтане, не раз избавлявшем добрых людей от напрасной погибели и отчаяния, слагались в Англии пятьсот, а то и шестьсот лет назад – и популярны до сих пор. Издательство «Контакт-Культура» включило в сборник «Баллады о Робин Гуде», проиллюстрированный Игорем Олейниковым, десять текстов в хрестоматийных переводах Игнатия Ивановского.

Тиль Уленшпигель родился шесть или семь веков назад – не то в Германии, не то во Фландрии. Родился-то он один раз, а вот крестился – трижды, причем в один день. Сначала, как и положено, мальчика окрестил священник в церкви; потом нянька, которая на радостях выпила лишнего, уронила ребенка в ручей – да не в ручей, а в вонючую канаву! – а потом уж дома пришлось отмывать невыразимо грязного младенца в корыте с тепленькой водичкой. «Часто мыться – кожа слезет», – так говорили в старину в тех краях, где вырос Тиль. Поговорку эту можно было припомнить, когда Уленшпигель натянул над рекой веревку и принялся плясать на ней, выделывая ногами всякие штуки. Мать его, женщина суровая, не одобряла этих фокусов, поэтому взяла ножик и подрезала канат. Незадачливый плясун полетел прямо в воду, а публика так хохотала, что чуть животики не надорвала. Но Тиль не остался в долгу! Он пообещал, что покажет всему честному народу удивительный фокус с башмаками. Сто двадцать человек, детей и взрослых, отдали ему свою обувь – сто двадцать левых башмаков! – и принялись ждать обещанного фокуса. Уленшпигель же натянул свой канат, забрался повыше да и сбросил всю кучу обуви прямо в толпу! Можно себе представить, какая началась свалка, какими тумаками награждали друг друга желающие получить обратно свои левые башмаки! А Уленшпигель хохотал и дразнился. Из множества историй о Тиле, распространенных в немецком и фламандском фольклоре, писатель Эрих Кёстнер выбрал двенадцать и пересказал их для школьников. Издательство «Мелик-Пашаев» выпустило «Тиля Уленшпигеля» Кёстнера с классическими иллюстрациями Вальтера Триера.

А на Востоке испокон веков рассказывали истории о Ходже Насреддине. Прикидываясь скромным простаком, он мог переспорить любого заносчивого умника, перехитрить и высмеять любого гордеца. Сколько раз он дурачил жадных богачей, выманивая у них деньги – лишь затем, чтоб тотчас раздать их беднякам, у которых алчные слуги эмира отняли последний грош. Много лет странствовал Насреддин по городам и селениям, и повсюду, где он ни появлялся, бедный торжествовал над богатым, честный над знатным. Бухарский эмир, багдадский калиф, турецкий султан, иранский шах и кокандский хан наперебой назначали награду за голову возмутителя спокойствия, но нет! Друзья никогда его не выдавали. Устав от странствий, Насреддин стал жить с женой и детьми в тихом Ходженте, выдавая себя за бывшего базарного надзирателя из Самарканда. Но вот однажды глухонемой нищий, целый год сидевший у дверей самой жалкой и грязной чайханы Ходжента, вдруг… заговорил с Насреддином, окликнув его по имени! С этого неожиданного события началось новое странствие хитроумного насмешника, полное невероятных приключений, превращений и прочих чудес. По мотивам многочисленных легенд и анекдотов о Ходже Насреддине советский писатель и киносценарист Леонид Соловьёв написал два романа – «Возмутитель спокойствия» и «Очарованный принц». Вторая из названных книг недавно переиздана Ильёй Бернштейном в рамках нового проекта «Руслит». «Облачившись в халат усердия и вооружившись посохом терпения», издатель сопроводил текст романа комментариями, литературоведческими статьями и другими материалами, из которых можно узнать не только о легендарном Насреддине, но и о писателе Соловьёве, о его причудливой и нелегкой судьбе.