Благодаря телесериалу Татьяны Лиозновой оба эти оборота, можно сказать, вошли в поговорку. Мало того: широкая публика не усомнилась в их исторической достоверности, хотя достоверность «Мгновений…» – не более чем иллюзия. Согласно авторитетному мнению К. Залесского, автора справочников по Третьему рейху, «того мира – мира Третьего рейха, – который был показан в фильме, никогда не существовало». Семенов и Лиознова «непроизвольно, неосознанно переносили на нацистскую Германию черты совсем другого тоталитарного режима – а именно советского» («Семнадцать мгновений весны: Кривое зеркало Третьего рейха», 2006).

Тут, однако, требуется уточнение. Лиознова, по-видимому, и в самом деле «непроизвольно и неосознанно» переносила черты сталинской системы на национал-социалистическую. С Ю.Семеновым дело обстояло сложнее. Дочь писателя Ольга в своей книге «Юлиан Семенов» (2006) настаивает как раз на осознанности «переноса». По ее утверждению, Семенов «использовал в романах о Штирлице эзопов язык» и часто, давая дочери новые страницы машинописи, «с затаенной радостью говорил: “Я тут заложил пару фугасок, они должны шандарахнуть”. “Фугасками” он называл и характеристики на членов НСДП (ребенку понятно, что он включил их, чтобы показать абсурдность характеристик, выдаваемых нашими парткомами)…».

Характеристика на разведчика Александра Исаева (сына Исаева-Штирлица) приведена в романе «Майор Вихрь» (1967): «Выдержан, морально устойчив. Делу партии беззаветно предан». Кстати сказать, эта характеристика – пример самоцензуры; в 1940-е годы полагалось писать: «Предан партии Ленина-Сталина».

Пока советский режим еще не окостенел в смертельной серьезности, партхарактеристики бывали даже предметом иронии со стороны высшего начальства. На XVI съезде ВКП(б) (1929) видный функционер ЦК Емельян Ярославский под смех зала зачитывал курьезные характеристики, составлявшиеся «на местах»: «Выдержан, политически грамотен. Своего твердого убеждения нет. Выжидает, что скажут другие»; «Четкая политическая установка, морально здоров, партийную линию проводит, но есть уклоны в сторону кулака и пьет до потери сознания», а также: «Политически выдержан, идеологически неустойчив».

В нацистской Германии подобных характеристик не было, все они – чистое творчество автора «Мгновений…». Однако «характер нордический» возник не на пустом месте. Этот термин действительно использовался в Третьем рейхе. Карл Зигмар в трактате «Немецкая политика» (1934) разъяснял: «Сущность немецкого народа в целом определяется <…> доминирующим нордическим характером. Истинно нордический человек суров, требователен, стоек и непреклонен на службе идеи».

Перекличек между сталинским и нацистским режимом в эпопее об Исаеве-Штирлице не счесть; для примера укажем одну. В романе «Майор Вихрь» изображен председатель «имперского народного суда» Фрейслер, который то и дело срывается на крик. «Вы даже не свинья! – кричал он. – Вы гибрид осла и свиньи!»

Едва ли можно сомневаться, что «гибрид осла и свиньи» отсылает к формуле «проклятая помесь лисы и свиньи». Так отозвался о Николае Бухарине беспощадный к врагам Сталина прокурор А. Вышинский (обвинительная речь 11 марта 1938 года по делу «правотроцкистского блока»). Этот оборот он отыскал в одном из рассказов Горького.

Учреждение, которым руководил Роланд Фрейслер, в действительности называлось «Народной судебной палатой» и судило, среди прочих, участников заговора против Гитлера 1944 года. Биография Фрейслера весьма примечательна. В годы Первой мировой он попал в русский плен, проникся здесь идеями большевизма и, по одной из версий, даже был назначен продкомиссаром. Вернувшись на родину, он поменял окраску на коричневую и сделал блестящую карьеру в судебном ведомстве Третьего рейха. Гитлер в своих «застольных беседах» прямо называл его «нашим Вышинским».

Конечно, различия между Вышинским и Фрейслером существовали. Вышинский, к примеру, никогда не срывался на крик. И еще: Фрейслер попал под американскую бомбу за три месяца до падения Берлина, тем самым избежав виселицы. Вышинский скончался в Нью-Йорке в должности постоянного представителя СССР в ООН.