Из-за непростых отношений с Горьким, отъезда в эмиграцию и шлейфа финансовых скандалов 20-х годов фигура Гржебина считалась нежелательной для советской печати. Только в начале 2015 года вышла первая российская монография о нем – книгу историка Ефима Динерштейна «Синяя птица Зиновия Гржебина» выпустило издательство «Новое литературное обозрение».

Гржебин родился в бедной еврейской семье в городке Чугуев на Харьковщине – в том самом, где несколькими десятилетиями ранее появился на свет Илья Репин. По совпадению, Зиновий Исаевич тоже учился на художника – в Одессе, Мюнхене, Цюрихе, Париже. Брал уроки живописи у Шимона Холлоши, чьими учениками позже были Фаворский и Петров-Водкин. В Европе он посещал не только музеи и выставочные залы, но и политические собрания. С удовольствием листал французские и немецкие сатирические журналы, где печатались острые карикатуры на действующих политиков.

Надышавшись воздухом европейских свобод, молодой художник в 1905 году вернулся в Россию. Здесь как раз произошла революция, в результате которой смягчилась цензура в печати. У многих журналистов и художников появился шанс заявить о себе. Сатирические рисунки Гржебина появляются в те дни в популярных журналах, их автор быстро входит в круг оппозиционно настроенной богемы. Но он мечтает и о собственном проекте.

И вскоре появился сатирический журнал «Жупел» (это слово в точном переводе с церковнославянского обозначает серу, на которой горят в аду грешники). Хотя Гржебин не числился официально его издателем, но, по словам Е. Динерштейна, был «двигателем всего предприятия». Для журнала он рисовал карикатуры на самых одиозных царских чиновников. «Жупел» имел огромный успех у читателей и был уникален еще и тем, что на его страницах соседствовали произведения реалистов и модернистов. Гржебин как издатель всегда стремился примирить эти два конкурирующих лагеря, поддерживал хорошие отношения и с Максимом Горьким, и с Иваном Буниным, и с Александром Бенуа.

Наделавший шуму «Жупел» власти вскоре закрыли, а издатель угодил в тюрьму. Но еще находясь в заключении, Гржебин разработал план создания нового журнала, с еще более звездным составом авторов. Однако и этот журнал (под названием «Адская почта») был быстро закрыт полицией. Тем временем Гржебин, используя накопившийся капитал и связи в социал-демократических кругах, уже лелеял замысел создания книжно-журнального издательства «Шиповник».

«Колючее» название намекало на сатирическую направленность. Соответствующий рисунок для логотипа – цветок, окруженный острыми шипами – выполнил художник Евгений Лансере. Однако от прямолинейной сатиры Гржебин в этом проекте решил отойти. Его манили новые горизонты. Основатель «Шиповника» поменял амплуа политического бойца и стал респектабельным издателем-универсалом. Это совпало и с настроениями многих художников и писателей из его круга – они устали от революционно-журнальной борьбы и хотели, наконец, заняться искусством.

Репертуар «Шиповника» был весьма разнообразным: новые рассказы Куприна и «Мелкий бес» Сологуба, стихотворения Бальмонта и романы Герберта Уэллса, монография о Шопенгауэре и труды Маркса… Редактировал альманах писатель Леонид Андреев, бешено популярный в те годы. Этот проект принес Гржебину известность и авторитет. Именно тогда Зиновий Исаевич сблизился с Максимом Горьким, тоже одержимым глобальными просветительскими идеями.

Незадолго до революции Гржебин создал издательства «Пантеон» (нацеленное на выпуск литературных памятников всех времен и народов в лучшем художественном оформлении) и «Парус». В нем в 1917 году вышел замечательный сборник «Ёлка», один из шедевров детской литературы. Его обложку выполнил молодой художник Владимир Лебедев, будущий классик детской иллюстрации.

Революция разрушила не только старую политическую систему, но и издательскую отрасль. Все рухнуло: книги было негде, некому и не на чем печатать. Но и в годы военного коммунизма требовались учебники, классика, издания лучших современных авторов. И тут на помощь Горькому, создавшему государственное издательство «Всемирная литература», пришел Гржебин. Он предложил взять на себя контакты с заграничными типографщиками. Для удобства расчетов было образовано частное «Издательство З.И. Гржебина», а его владельцу выписали мандат с широчайшими полномочиями за подписью Ленина. Гржебин со свойственной ему энергией взялся за дело, нашел источники финансирования, вложил в дело собственные средства. Заключил взаимовыгодные контракты в Стокгольме, Гельсингфорсе, Берлине. Однако многим в Кремле и на Лубянке не нравилось участие беспартийного предпринимателя в идеологически важном проекте. Гржебина постепенно оттеснили, а затем и вовсе запретили ввоз изданных им книг в СССР. Для издателя это был финансовый и моральный крах. От него Гржебин так и не смог оправиться, вдобавок в ту пору пошатнулось его здоровье. Человек, еще недавно «скупавший оптом русскую литературу» (как говорили его завистники и недоброжелатели), умер в небольшом французском городке. Его жена и дети унаследовали лишь долги и жили в 1930-е годы в страшной бедности. А тем временем в Советской России многие из культурных начинаний Гржебина присваивали себе другие люди. Лишь сегодня, благодаря разысканиям ученых, восстановлена историческая справедливость к этому выдающемуся человеку.