Евгений (Юджин) Роуз, будущий иеромонах Серафим (1934–1982), родился в Калифорнии. Красоты гор и океана, близость Голливуда и Диснейленда – все располагало наслаждаться жизнью. Тем более что природа наградила Евгения и привлекательной внешностью, и острым умом, и славным характером. Ему сулили блестящую карьеру ученого, университетского преподавателя. А он, еще в юности задавшись вопросом: для чего я живу? – выбрал путь «не от мира сего». Искал Истину сначала в протестантизме, потом в науке и философии. Прошел через отрицание Бога и погружение в восточные религиозные учения. Он жадно впитывал все новое и с интересом знакомился с произведениями русской культуры: слушал «Бориса Годунова», на одном дыхании прочел «Братьев Карамазовых». И поразился глубине веры русских людей. Служба в православном храме в Сан-Франциско перевернула жизнь Евгения Роуза. Позднее он вспоминал, что не понимал ни слова, но красота богослужения и искренняя вера молящихся подсказали ему: вот твой настоящий дом. С этого момента он начал самостоятельно изучать русский язык, помогать во время службы священникам, петь в церковном хоре. Еще в студенческие годы Евгений Роуз почувствовал вкус к письменному слову. Теперь его занимал замысел книги о псевдорелигиях и духовном состоянии современного человека «Царство человеческое и царство Божие». Избегая соблазнов светской жизни, Евгений оставил преподавание в университете, мыл посуду в кафе, мел улицы, а все свободное время отдавал чтению и работе над книгой и церковной жизни.

Судьбоносной стала встреча с русским эмигрантом Глебом Подмошенским. У обоих была одна цель – нести православную веру американцам. Сначала они открыли книжную лавку для распространения духовной литературы. А в 1969 году основали в калифорнийских горах скит, который назвали в память Германа Аляскинского, великого просветителя XIX века. Своими руками в глухих лесах построили часовню и кельи. Здесь не было электричества, водопровода, телефона, даже воды, которую приходилось три километра нести на вершину горы. Но трудности их не пугали. Иеромонахи Серафим и Герман – такие имена получили они при постриге и последующем рукоположении в священнический сан – продолжали начатое в миру дело: выпускали журнал «Православное слово», для которого отец Серафим Роуз писал многочисленные статьи и духовные книги. Усилиями фактически двух человек работало целое издательство! И, несмотря на то, что книги печатались на допотопном линотипном печатном станке, качество продукции было отличным. Книги Братства Преподобного Германа расходились по всему миру и были невероятно востребованы. Они проникали через железный занавес и в Советский Союз и удовлетворяли духовный голод многих жаждущих правдивого слова. Серафим Роуз сделал доступными для американцев труды св. Игнатия Брянчанинова, Феофана Затворника, Иоанна Кронштадтского, аввы Дорофея и многих других, переведя их на английский язык. По крупицам собрал сведения о российских новомучениках, пострадавших при советской власти, и выпустил объемистый труд «Святые русских катакомб». Много писал о Николае II и во многом способствовал его канонизации. Силами монахов-подвижников вышли сборники житий святых Валаама и факсимильное издание житий Оптинских старцев, практически уничтоженное в СССР после революции. Это издание им удалось переправить в Россию, и многих эта книга привела к Православию.

С началом перестройки книги Серафима Роуза вышли из подполья. Интеллектуальная молодежь зачитывалась его солидным исследованием религиозных течений ХХ века «Православие и религия будущего» и особенно книгой – «Душа после смерти». Это был отклик на нашумевший бестселлер американского психолога Моуди «Жизнь после смерти», в котором приводились свидетельства людей, переживших клиническую смерть, об их общении с некими потусторонними существами. Серафим Роуз ярко, увлекательно и убедительно, опираясь на труды православных богословов, объяснил природу этого явления. Он вообще отличался способностью быстро реагировать на все события, потрясавшие мир, будь то НЛО, вспышка интереса к парапсихологии или очередная дискуссия об эволюции. В своем исследовании «Книга Бытия. Творение и первый человек» Серафим Роуз блистательно, с позиций святоотеческого учения, опроверг точку зрения на эволюцию как на бесспорный научный факт.

Это был человек острого ума и обширных, поистине энциклопедических знаний. Он знал китайский, японский, греческий языки, латынь, санскрит. По-русски говорил практически без акцента. Играл на фортепиано, классической гитаре. Великолепно знал историю музыки, философии, искусства, классическую музыку, литературу. Работая над своими книгами, штудировал огромное количество источников. Вот почему чтение его книг, написанных к тому же живым, выразительным языком, – всегда захватывающее и обогащающее ум и душу занятие.