Это произведение можно было бы отнести к жанру «постапокалипсиса», если бы традиционный жанровый канон не предполагал высокой степени условности: отдаленного и не очень вероятного будущего, как во вселенной «Метро 2033», или метафорической пустыни с заблудшими странниками, как в «Дороге» Кормака Маккарти. Мир Гудрун Паузеванг пугающе реален, а последствия катастрофы особенно ужасны в своей прозаичности: самым страшным оказывается даже не гибель близких, не исчезновение родного города, а внезапное разделение людей на «нормальных» и «хибакуся» (тех, кто был недалеко от эпицентра взрыва и облучился). Оказывается – и это открытие о человечестве особенно тягостно, – трагедия сближает лишь немногих, а в основном – разобщает, делает непреодолимыми границы между «счастливчиками» и «несчастными». Психологический аспект этой книги даже значимее описательного, хотя и в визуализации последствий аварии на АЭС немецкая писательница достигла больших высот: каждая деталь глубоко продумана, научно обоснована или вовсе «подсмотрена» в истории с Чернобылем.

В Германии «Облако» спустя почти три десятилетия после выхода уже повсеместно причисляют к классике, а автора регулярно зовут не только на встречи со школьниками и студентами, но и на собрания экологических организаций. Мало кому удавалось столь многогранно показать техногенную катастрофу: политика, частные и бизнес-интересы, личные переживания и ситуации выбора, полная коллекция грехов и добродетелей – всему этому находится место в сравнительно небольшой книге.

Аудитория «Облака» – те подростки и young adult, чья тяга к самопознанию порождает желание отыскать единственно верное «свое» место в мире. Люди, с равным удовольствием читающие классику антиутопий (Замятина, Оруэлла, Хаксли, Брэдбери) и романы о любви и дружбе на сломе эпох (Ремарка, Хемингуэя, Пастернака), наверняка разглядят за рассказанным Гудрун Паузеванг сюжетом ценный месседж. Стилистически текст в лучших традициях немецкоязычной литературы последнего столетия сух и нарочито неэмоционален – но эта отстраненность мнимая, поверхностная, за ней скрываются сильные, запутанные чувства, приобщиться к которым сможет самый эмпатичный и внимательный читатель.