Клёвый и его родствнники-диалектизмы зафиксированы и в словаре В.И. Даля: «клёвый, клюжий, клювый» в Рязанской, Тамбовской, Тверской и Владимирской губерниях – это хороший, красивый, добротный. В диалектах клёвая невеста – значит пригожая. А в начале XIX века это слово попадает в словарь преступного мира и впервые в качестве жаргонного встречается в романе В. Крестовского «Петербургские тайны». Интересно, что сегодня оно воспринимается как заимствование из английского языка, где clever –умный.

Интересная история и у слов коньки и кони. В воровском жаргоне у них давным-давно совсем другое значение – не приспособление для катания по льду, а сапоги, обувь. Эти значения могли сформироваться как переносные, так как и коньки и кони –символы движения. Но есть и другая точка зрения. Возможно, это вовсе не метафоры, а заимствования из финского языка, где konka –башмак. И не исключено, что именно на основе этого значения и образовалось жаргонное выражение отбросить коньки – умереть, скончаться. Вариант откинуть кони имеет такое же значение и тоже является жаргонным.

Всем известно слово тырить. Сейчас оно кажется каким-то подростковым. Между тем в художественной литературе оно впервые встречается все в том же романе В. Крестовского. «“На Сенной у лоскутницы стырила”, – похвалилась она, очень нагло улыбаясь, и с новой жадностью принялась за принесенный биток». «Эй, вы! Публика почтенная! Чей лопатошник (бумажник)? Не признает ли кто? Может, стыренное?» – воскликнул нашедший, высоко, во всевидение поднимая над головой бумажник».

Есть мнение, что арготизм тырить образован от цыганского глагола te teres – держать, иметь, брать. Однако в словаре В.И. Даля приводятся диалектизмы: тырить в значении спешно идти (курск.), а также стюрить – украсть. Таким образом, вопрос остается открытым. Не исключено, что мы имеем дело с взаимодействием цыганских и русских слов.

Интересная история и у выражения свой в доску.

Считается, что этот оборот возник в начале ХХ века и имел несколько значений: «профессиональный преступник», «верный до смерти». В «Словаре жаргона преступников (блатная музыка)» С.М. Потапова 1927 года приводятся такие арготизмы: свой, свой малый, своя – надежный, вор, воровка, не выдающие преступников. Хорошо, с этим разобрались, но причем тут доска?

В словаре Потапова зафиксирован и фразеологизм доска – в значении «конец, смерть», в доску – до конца, насмерть, в доску спустить –пырнуть ножом. Буквальное значение жаргонного выражения свой в доску – убежденный преступник, преступник до самой смерти.

Все мы часто говорим: подфартило. Это значит – неожиданно повезло. Вот только откуда взялось слово фарт? В арго фарт – это удача. Впервые встречается опять-таки в «Петербургских тайнах». Есть производные от этого слова: «фартицер» – помощник вора, принимающий от него краденое; «фартовый» – частый обитатель тюрьмы; «фартовая скамейка» – лошадь, приученная к похождениям конокрадов.

М. Фасмер считал, что арготизм фарт образован от немецкого fahren – ехать, везти. А вот Д.С. Лихачев придерживался другой точки зрения: он считал фарт образованием от слова «фортуна, победа». Возможно, когда-нибудь мы узнаем, кто был прав. А пока вспомним пословицу: «Фарт не лошадь, но повезти сможет».

Доводилось ли вам когда-нибудь слышать выражение цыганское солнышко? В русских диалектах это шутливое обозначение луны. Откуда оно взялось? Очень просто: луна – источник света для тех, кто живет и активно действует ночью.

Любопытно, откуда взялось жаргонное слово параша? Его происхождение возвращает нас в седую старину, когда на Руси стали отмечать праздник святой Параскевы. Празднуют его в октябре, когда на улице грязно. Поэтому в народе праздник стали называть Прасковьей-Грязницей, а потом и Парашей-Грязницей, или просто Парашей. Это имя было очень распространено среди простолюдинок. Вот почему парашей и стали называть все самое грязное. А что может быть грязней отхожего места?

Где параша, там и чифирь. Что за диковинное слово? На жаргоне так называют одурманивающий напиток, приготовленный из чая. М. Фасмер считал, что чифирь попал в русский язык еще в XVII веке и происходит от турецкого cakyr – вино. Есть оно и в словаре В.И. Даля, где чихирь – горское вино, красное, крепкое, привозимое к нам и идущее в переделку.

Ну, и наконец, самое распространенное жаргонное слово мент. В речи преступников оно появилось в начале ХХ века. Оказывается, что это заимствование из польского языка, где mente – солдат. Не исключено, что этимологически оно связано и со словом ментик – короткая куртка, часть гусарского обмундирования. В словарях начала ХХ века это слово имело значение «надзиратель, постовой».