В предисловии к «Золотому ключику» Толстой пишет, что прочел книжку о Пиноккио еще в детстве, но это не так. Итальянского языка писатель не знал, а впервые на русском языке «Приключения Пиноккио» вышли в 1906-м в журнале «Задушевное слово», когда Толстому было 24 года. Через два года книга появилась в издательстве М.О. Вольфа. А впервые Толстой приложил руку к сказке Карло Коллоди в 1924-м, находясь в эмиграции в Берлине. Писательница и журналистка Нина Петровская попросила его «пройтись рукой мастера» по сделанному ею переводу «Пиноккио». Лепта Толстого оказалась столь значительной, что на обложке книги рядом с именем переводчицы стало значиться: «Переделал и обработал Алексей Толстой». Уже после возвращения писателя в Россию, в 1935-м, после перенесенного им инфаркта и запрета врачей работать над романом «Хождение по мукам», который отнимал много сил, Толстой приступил к занятию более легкому – обработке «Пиноккио». Маршак посоветовал ему не просто пересказывать сюжет, а создать свое собственное произведение. Что Толстой с радостью и сделал. Он позаимствовал из сказки Коллоди основных персонажей: деревянного мальчугана, его отца-плотника, говорящего сверчка. Но фея с голубыми волосами у него преобразовалась в Мальвину, хозяин театра Манджиафоко (у Коллоди в сущности незлой человек) – в абсолютно отрицательного Карабаса Барабаса. Кошка стала котом Базилио, а лисица – лисой Алисой. Появились Дуремар, Пьеро и Тортила. А главное – появился золотой ключик, благодаря которому и рождается совершенно новая сказка, веселая, остроумная, динамичная, своей добродушной, теплой и солнечной атмосферой контрастирующая с мрачноватым и пугающим произведением Коллоди.

В конце 1935 – начале 1936 года «Золотой ключик, или Приключения Буратино» увидел свет в газете «Пионерская правда». И – обрел невероятную популярность. Чего не скажешь о его первоисточнике – «Приключениях Пиноккио». Книга итальянского журналиста Карло Коллоди (1826–1890, настоящее имя – Карло Лоренцини), тиражи которой во всем мире сравнивают с тиражами Библии и Корана, – в России фурора не произвела. Что тому причиной: особенности «загадочной русской души»? Неприятие тошнотворного морализаторства, которым пропитана мегапопулярная в других странах книга? Жестокие и порой просто отталкивающие сцены, которыми она напичкана? Поставив себе благородную цель: показать, что непослушание и своеволие приводят к трагическим последствиям, – Коллоди явно перестарался, превратив свою сказочную повесть в подобие триллера с кучей трупов. Уже в самом начале Пиноккио, ловко метнув молоток, укокошивает добродетельного сверчка, который пытается наставить героя на путь истинный. У Толстого Буратино, к счастью, промахивается. Говорят, писатель пожалел симпатичное насекомое, потому что такой же сверчок частенько сиживал возле его чернильницы, когда Алексей Николаевич работал… Через пару глав погибает, проглоченный кошкой, белый дрозд, предупредивший Пиноккио о дурных намерениях его новых товарищей. Во время борьбы с переодетыми в разбойников кошкой и лисой Пиноккио запросто откусывает кошачью лапу. Писатель явно не собирается щадить чувствительную нервную систему своих читателей. Живописные сцены разнообразных наказаний, которым подвергается Пиноккио за свои грехи (у него сгорают его деревянные ноги и он, беспомощный, ползает по полу каморки; его вешают, сажают в тюрьму, пытаются изжарить, топят в море и пр.), – вызывают содрогание.

Конечно, у книги есть и свои достоинства: опасные приключения, поучительные эпизоды: у Пиноккио от вранья растет нос, в Стране Игр от безделья мальчики превращаются в ослов… И все-таки «Приключения Буратино» при всей своей бесшабашности и поучительнее, и интереснее. Правда, когда Толстой попытался приспособить свой роман к идеологическим нуждам сталинского режима, результат оказался плачевным. В пьесе «Золотой ключик» Буратино смело обличает социальное неравенство в театре Карабаса Барабаса, выступает против деспота Тарабарского короля, а каков финал! Вместо кукольного театра Буратино с компанией видит некую Книгу, в которой «рассказано, как найти страну счастья». (Намек на сталинскую Конституцию.) Раскрыв эту книгу, все приходят в радостное расположение духа: Мальвина танцует, Пьеро кувыркается… Когда вспомнишь, что написано это накануне страшного 1937 года, когда у тысяч советских детей отнимут их родителей, становится жутковато… На вопрос героев, как называется эта «страна счастливых детей», радостный хор детских голосов отвечает: «СССР». Сегодня пьеса благополучно забыта, а сказка о веселом и бесстрашном мальчишке с длинным носом приобретает все новых и новых почитателей, потому что повествует о вещах вечных: дружбе, верности и справедливости.