Переезжая из страны в страну, весной 1897 года Твен оказался в Лондоне. К этому времени он был если не самым известным, то уж точно самым популярным человеком на нашей планете.
Как раз тогда появились слухи о том, что Твен тяжело болен или даже умер. 28 мая Фрэнк Уайт, английский корреспондент газеты «Нью-Йорк джорнал», получил телеграмму от издателя с поручением выяснить, справедливы ли эти слухи. Уайт переслал телеграмму Твену и 31 мая получил от него ответ.
Тем временем другая крупная газета, «Нью-Йорк гералд», в номере от 1 июня сообщила как факт, что Твен «тяжело болен и, возможно, умирает. Хуже того: говорят, что его блестящий ум совершенно расстроен и что он отчаянно нуждается в деньгах».
На другой день в «Нью-Йорк джорнал» появилась статья Уайта «Марк Твен удивлен», помеченная 1 июня. В ней говорилось:
«Марк Твен не мог решить, удивляться ему или досадовать, когда сотрудник газеты сегодня сообщил ему о ходящих в Нью-Йорке слухах, что будто бы он умирает в Лондоне в нищете. Он живет в комфорте и даже в роскоши в прекрасно обставленном доме, расположенном в красивом парке в Челси, с женой и детьми, и как раз на этой неделе закончил выступать с рассказами о своем недавнем путешествии в Австралию, Новую Зеландию и Южную Африку <…>.
Великий юморист, возможно, не пышет здоровьем, однако он полон сил. Он сказал: “Не знаю толком, откуда взялись сообщения о моей болезни; я даже слышал из авторитетных источников, что я уже мертв. Джеймс Росс Клеменс, мой двоюродный брат, был серьезно болен в Лондоне две или три недели тому назад, но сейчас он поправился.
Сообщение о моей болезни появилось из-за его болезни. Сообщение о моей смерти было преувеличением”».
Вскоре появились варианты этой фразы: «Сообщения о моей смерти сильно преувеличены», «…несколько преувеличены» и т.д. Лет через десять она приобрела знакомый нам вид: «Слухи о моей смерти сильно преувеличены».
В 1912 году, через два года после смерти Твена, А. Б. Пейн опубликовал биографию писателя, написанную на основе его дневников и бесед с ним. Здесь утверждалось, что в мае 1897 года издатель «Нью-Йорк джорнал» послал Фрэнку Уайту две телеграммы. Первая: «Если Марк Твен умирает в Лондоне в нищете, шлите пятьсот слов». Вторая (более поздняя): «Если Марк Твен умер в нищете, шлите тысячу слов».
Прочитав телеграммы, Твен мрачно улыбнулся и сказал репортеру: «Столько слов вам не нужно. Просто скажите, что сообщение о моей смерти было сильно преувеличено».
Скорее всего, Твен, по своему обыкновению, приукрасил действительную историю выдуманными подробностями и задним числом согласился с ходячей версией своей фразы. Недаром же в книге «По экватору» он писал: «Почти любая придуманная цитата, если ее преподнести с апломбом, введет в заблуждение кого угодно».
В 1907 году корреспондент английской «Вестминстер газетт» спросил его: «Что вы думаете о хиромантах, которые предвещают вам смерть?» Твен ответил: «Надеюсь, страховая компания не даст мне умереть, ведь я застрахован».
24 декабря 1909 года в «Нью-Йорк таймс» появилась заметка, озаглавленная: «РОЖДЕСТВЕНСКОЕ ПОЗДРАВЛЕНИЕ ТВЕНА. Юморист говорит, что он не намерен умирать при жизни».
Далее приводилась полученная от Твена телеграмма: «Я слышал, газеты говорят, что я умираю. Это неправда. Я бы не стал делать такое в моем возрасте. Я веду себя так хорошо, как только могу. Всем веселого Рождества!»
Он умер ровно четыре месяца спустя, 24 апреля 1910 года. На небе, как и при его рождении, снова сияла комета Галлея.