Для большинства читателей Владимир Войнович прежде всего автор эпопеи о солдате Иване Чонкине, романа «Москва. 2042» и «Иванкиады», хотя им написано множество других замечательных книг.

«Автопортрет» – работа совершенно другого рода. Это автобиография в интерьере истории страны и нескольких эпох, в которых жил автор. В 1974 году он был исключен из Союза писателей, в декабре 1980 выслан из страны, в 1981 указом генсека ЦК КПСС Леонида Брежнева лишен советского гражданства, которое ему возвратил последний генсек – Михаил Горбачев – спустя 10 лет…

Читать «Автопортрет» фантастически интересно. И потому что это наша история, рассказанная человеком, жившим в сложный исторический период, и потому что написана она прекрасным писателем, изумительно владеющим словом.

Грустное и смешное так тесно переплетены в книге, что хохоча над тем или иным эпизодом, вдруг ловишь себя на мысли, что, если вникнуть в суть происходящего, впору не смеяться, а плакать. Но автор не дает нам возможности жалеть себя, он и сам смеется, и нас вводит в собственную жизнь с безудержной улыбкой, заражая оптимизмом и верой в лучшее.

Это летопись 76 лет жизни, начавшейся в Сталинабаде (будущем Душанбе) в семье учительницы математики и не верившего в построение «полного коммунизма», а потому вскоре арестованного за это неверие журналиста.

А потом были все те жизни, которые у Войновича неоднократно пытались отнять недоброжелатели, обвинявшие его во всех смертных грехах и незнании того, о чем он пишет. И в первую очередь это касалось истории о Чонкине. Автора постоянно обвиняли в том, что он не служил в армии и опорочил ее. На самом деле в его биографии было все: война, эвакуация, армия, работа не только за писательским столом, а и пастушество, и слесарничество… уже упомянутое диссидентство, которому предшествовали слава и почет… Да и география перемещений Войновича по стране и миру впечатляет.

В книге есть эпизод, в котором Войнович объясняет другому писателю – Феликсу Светову, решившемуся взяться за мемуары, что никакая «жизнь в специальном оправдании не нуждается»: «Она сама себе оправдание и достаточный повод для мемуаров». Вся жизнь Владимира Войновича тому доказательство. Наверное, и писалась книга так долго – 30 лет – потому что нельзя пересказать за день-два все-то, что с тобой произошло, если ты жил по-настоящему. Поэтому и сегодня Войнович говорит о том, что многие эпизоды ему бы хотелось изменить и переделать, а многое просто не вошло в том, забылось на момент написания. Но это была бы уже совсем другая книга…

От сроков написания, несомненно, зависит и то, какие мелочи вспоминает писатель. А именно из них и складывается тот удивительный язык и атмосфера, что увлекает нас и заставляет забыть о делах и заботах, полностью уйдя в мир «Автопортрета». Он вспоминает чугунные утюги с зубастыми крышками, то, что простуженное горло полоскали керосином, а зубы драили так, что слышно было в соседнем квартале… Обыденность, из которой и складывается жизнь.

Сегодня все это уже трудно представить. Да и сам писатель иногда не ассоциируется с самим собой книжным. Сегодня мы его знаем совсем другим. Но знаем ли? Вот он перед нами – настоящий. Достаточно открыть на любой странице и начать читать.

Ныне часто говорят, что мы забываем собственную историю и становимся Иванами, не помнящими родства. Владимир Войнович и его герой Иван Чонкин пытаются вернуть нам наше историческое прошлое. Главное, чтобы мы сами захотели его запомнить и узнать. Даже если оно нам не всегда нравится.

К сожалению, все повествование не получилось таким цельным и легким, каким бы его хотелось видеть. Вторая часть – период изгнания из Союза писателей и страны не могла быть написана без обиды. Это естественно, хотя и печально. А в итоге атмосфера книги становится более тяжелой и густой. Автор погружает нас в мир, где ему не хватило места, и обида его осталась. Хотя выиграл-то в итоге Войнович, а не его противники. Но свежие воспоминания и обиды всегда труднее превозмочь. Даже таким сильным людям, как Войнович.

Впрочем, и светлых пятен в этой части более чем достаточно. И прежде всего это люди, которые остались рядом, несмотря ни на что. Это и замерзшая Белла Ахмадулина, поджидавшая Войновича во дворе с письмом в защиту Андрея Сахарова, и генерал Григоренко – «матерый человечище», способный и сам выстоять, и других поддержать…

Еще одна отличительная особенность книги – отсутствие фотографий. Только на обложке несколько автопортретов писателя. И все. Сам Войнович объясняет это так: «Фотографий в книге нет, потому что я безалаберный человек, у меня ужасный архив. Я никогда не любил фотографироваться, и ранних фотографий осталось мало. Да и те обычно берут для съемок. А потом не возвращают. Вот я и решил обойтись в книге вовсе без них. Жанр “Автопортрет” родился от моей живописи, если ее так можно назвать, хотя я до сих пор этого стесняюсь. Я вообще редко чем-либо горжусь. И если это чувство возникает, то делается как-то неудобно. Я радуюсь, что еще живу, потому что никогда не думал, что это будет так долго».