Судьбы полководцев – вечная неисчерпаемая область для литературных сюжетов и нравственных размышлений. Фигура высокого военачальника всегда выделена в зону особого внимания: для современников он либо всеобщий спаситель, либо губитель, либо объект массовой народной любви и благодарности – либо таких же массовых обвинений и ненависти. Мнение потомков в большинстве случаев перенимает уже сложившуюся традицию, которую затем очень трудно, порой почти невозможно бывает переломить ради восстановления исторической справедливости.

Особо ярким примером может служить личность человека, российского подданного, родившегося два с половиной века назад в семье гвардейского поручика в отставке Вейнгольда-Готтарда Барклая-де-Толли и Маргареты-Элизабет фон Смиттен. При крещении младенец получил имя Михаэль-Андреас, а когда вырос и достиг чинов, стал зваться Михаилом Богдановичем (второе имя отца «Готтард» переводится как «Богом данный»).

О несправедливости народного суда над выдающимся российским полководцем Барклаем-де-Толли отозвался еще Пушкин. Его стихотворение «Полководец» широко известно, особенно в первой части, посвященной всем героям двенадцатого года. Но центральным образом произведения является все-таки один из них – «вождь несчастливый», «непроницаемый для взгляда черни дикой». Вслед стихотворению, исполненному уважения к герою и упреков предвзятым мнениям, Пушкин в своем «Современнике» поместил еще «Объяснение», где, в частности, сказал: «Неужели должны мы быть неблагодарны к заслугам Барклая-де-Толли, потому что Кутузов велик? Вы упрекаете стихотворца в несправедливости его жалоб; вы говорите, что заслуги Барклая были признаны, оценены, награждены. Так, но кем и когда? Конечно, не народом и не в 1812 году… Его отступление, которое ныне является ясным и необходимым действием, казалось вовсе не таковым: даже опытные воины горько упрекали его и почти в глаза называли изменником… Барклай, окруженный враждою, язвимый злоречием, молча идущий к сокровенной цели и уступающий власть, не успев оправдать себя в глазах России, останется навсегда в истории высоко поэтическим лицом».

Биографии Барклая-де-Толли посвящена новинка серии «Жизнь замечательных людей». Ее автор Сергей Нечаев исследовал происхождение своего героя до XI века. По одной версии, предок полководца звался Roger de Berchelai и прибыл в Британию из Нормандии с войском Вильгельма Завоевателя. По другой версии, шотландское семейство Barclay появилось в первый раз в конце правления Малькольма IV. Наконец, есть версия с названием деревушки Бэркли в графстве Сомерсет: в XI веке она называлась Berchelai. Возможен симбиоз всех трех версий, но в любом случае достоверны сведения о том, что сэр Уолтер Беркли в 1165–1189 годах был лордом-чемберленом Шотландии. Вторая часть фамилии – де-Толли – добавилась по названию замка Тоуви, которым владела одна из ветвей рода. Число Барклаев умножалось из века в век, кто-то оставался в числе знати, кто-то становился бюргером, а в 1664 году молодой лиценциат права Йоганн-Стефан Барклай-де-Толли переселился в Ригу, где его потомки во время Северной войны вступили в российское подданство, а затем «с присущей всем членам этого рода честностью не за страх, а за совесть служили своей новой родине». Если они шли в военную службу, то с первым офицерским чином получали дворянство, как Вейнгольд-«Богдан», отец Михаила.

Будущий полководец воспитывался родственниками матери, получил неплохое домашнее образование, с детства был записан в полк, а в 1776 году сдал экзамены и получил свидетельство с записью: «по-российски и по-немецки читать и писать умеет и фортификацию знает», после чего он вступил в действительную службу в Псковский карабинерный полк. Первые свои чины Барклай выслуживал долго: сказывалось незнатное происхождение. Но в турецкой кампании 1787–1891 годов он проявил себя как отличный офицер, приобрел ценный опыт боевых и штабных действий, отличаясь хладнокровием, распорядительностью и неизменно верной оценкой складывающейся ситуации. Те же качества он проявил в союзной прусско-австрийско-русской кампании против Наполеона, а в январе1807 года близ местечка Хофф, сражаясь в арьергарде, спас русскую армию от обходного маневра французских войск. «Его отряд был подобен маленькой армии, баталия под Хоффом во всем напоминала генеральное сражение» и сделала генерал-майора (с 1799 года) Барклая-де-Толли знаменитым во всей армии.

Вскоре после того он был тяжело ранен под Пултуском и, находясь на излечении, удостоился нескольких посещений императора Александра I. Затем было назначение главнокомандующим русской армией в Финляндии, генерал-губернатором Финляндии, награждение высшими российскими орденами (первым был орден Георгия IV степени в 1794 году). В 1810 году генерал от инфантерии Барклай-де-Толли был назначен министром военных сухопутных сил России. А весной 1812 года приехал в Вильно, чтобы принять командование 1-й Западной армией. До перехода войск Наполеона через Неман оставалось всего ничего – чуть более двух месяцев…