Один из самых глубоких современных писателей Евгений Водолазкин, автор романов «Лавр» и «Авиатор», закончил новый роман с неговорящим названием «Брисбен». «К городу Брисбену, как и положено, роман не имеет никакого отношения, иначе я не назвал бы его так, — пояснил мне в разговоре Евгений. —  Брисбен – это символ того, что находится на другой стороне земного шара, цель мечтаний, усилий, которая, конечно же, недостижима. Это история современного успешного музыканта, который потерял возможность выступать из–за болезни, и вот он ищет новый смысл жизни».
Глеб Яновский, гитарист-виртуоз, возвращается с парижских гастролей. «Олимпия» рукоплескала ему, не заметив нечеткого, как у начинающих гитаристов, тремоло. Но самого музыканта не зря напугало внезапное «глухое бульканье вместо нот» — это подступает болезнь, которая прервет его карьеру на самом пике. Но прежде в том самом самолете Глеб познакомится с писателем Сергеем Нестеровым, который предложит написать о нем книгу, а музыкант неожиданно согласится. О нем и его успехе уже писали, но Яновскому хочется другого. «Не музыку нужно описывать, а жизненный опыт музыканта. Это он потом становится музыкой или, там, литературой. Не знаю, поймет ли это писатель», – говорит он отцу в одну из редких встреч. Он даже отказывается рассказывать своему биографу о времени успеха – музыке, концертах и благодарной публике. Ему важнее рассказать о том, что привело его в мир, который теперь недостижим.
«Брисбен» — история на два голоса, жизнь музыканта и рассказ о ней сплетаются воедино. Дневниковые записи Глеба Яновского, начиная с того самого тревожного концерта в «Олимпии» в апреле 2012 года, чередуются с главами из книги Нестерова – детство Глеба в Киеве в 70-е, юность в Ленинграде 80-х, жизнь в Германии в двухтысячные. О своей болезни гитарист узнает, когда работа над книгой уже в разгаре – и Нестерову предстоит понять своего героя и передать это на бумаге.
Рассказ музыканта биограф преобразует в текст подчеркнуто простой, с легким, иногда телеграфным синтаксисом. Но Евгений Водолазкин, отдавая дань современной прозе, добавляет в нее и свой авторский стиль. Если бы я снимала буктрейлер к «Брисбену», закадровый текст звучал бы так: философская глубина – от создателя романа «Лавр», метафоричность и живость образов – от автора «Авиатора». Водолазкин вновь удивляет виртуозным владением языком и особым даром облекать в слова неуловимые ощущения, звуки и запахи. Для него, как для Пастернака, «жизнь, как тишина осенняя, – подробна» и состоит из деталей. Резкий запах первой болоньевой куртки, металлический привкус во рту от противной пластинки, исправляющей прикус, мелодичность дверного звонка в коммунальной квартире, особый ритм морских волн, странное томление, которое возникает в груди от напевных звуков украинских народных песен – всё это пробуждает в памяти собственные воспоминания. Читаешь – и проживаешь детство героя, а не просто узнаёшь о нем.
«Брисбен» —  роман о времени, как и все книги Водолазкина, хотя в центре — история обретения успеха и его потери. Исследовать болезненное стремление современного человека к успеху — одна из ключевых авторских задач: «Меня интересует идея  успеха, который одного корня со словом «успеть». Раньше это слово значило просто «сделать», «выполнить». А «успех» в Средневековье означал «пользу»: когда давали деньги на храм, говорили «на успех людям». Второстепенное значение «success” стало первым только в Новое время. И это знаменательно. В Средневековье считалось что лучшее в истории – пришествие Христа –  уже состоялось, а в новое время взгляд человека устремлен в будущее. И вот в культе будущего возникает культ успеха». Евгений Водолазкин же верен идее своего учителя академика Лихачева: «Времени нет». А раз нет времени – нет и будущего. Счастье, жизнь, любовь – всё это происходит здесь и сейчас. Будущее никогда не наступит, потому что, наступая, оно мгновенно становится настоящим. На осознание этого у кого-то, как у Глеба Яновского, уходит целая жизнь.