Если не считать пагубного пристрастия госпожи Солнцевой к «изысканностям слога», то второй минус ее сочинения — многолюдность. Кого здесь только нет и придворные Екатерины Медичи, и влюбленная пара молодых сыщиков Матвей и Астра (уже из нашего времени), и семья Глебовых (Алексей и Магда). У последних, кстати, возникли серьезные проблемы. Так Глебов, обнаружив однажды ночью супругу у своей постели, по-супружески овладел ею. «Он брал ее сильно, быстро, заставляя задыхаться и вздрагивать, кусать губы, чтобы сдержать крик»… В общем, увлекся и порезался, ибо Магда пришла в его комнату не просто так, а с кинжалом (и как уж Глебов сей предмет сразу не обнаружил в «складках пеньюара» — загадка). А еще в романе присутствует некто господин Феоктистов, больной чуть ли не всеми болезнями и, видимо, оттого сластолюбивый не в меру (от чего и пострадавший в итоге). И еще десяток второстепенных и похожих друг на друга персонажей. Холодные красавицы, порядочные и не очень мужчины. Вполне естественно, что в таких условиях, если убийство, то «изощренное», если герои едут в отпуск, то в Венецию, если у них случается страсть, то «на измятых больничных простынях» или там, где застанет. А уж коли до ссор доходит, то так, чтобы друг друга обязательно «терзать» и «мучить». Иными словами, Солнцева работает в лучших традициях бульварных романов. Страсти бушуют, женам изменяют, любовниц убивают, все друг другу мстят. И не без мистики, разумеется. В итоге получается, что на деле все белые и пушистые, а виноваты во всем часы личного астролога Екатерины Медичи.

А чего стоят попытки Солнцевой пофилософствовать! «На землю снизошла весна. Голубой шарик, населенный человеческими существами, плыл в черноте космоса. Сгусток материи, лежащий на ладони Хроноса-Времени». И дальше: «Венера переливалась зеленым на темной чаше неба. Где-то неподалеку скользил мрачный Сатурн. И таился в ледяном мраке призрак Прозерпины»… Жуть — одним словом.