Пройдет совсем немного времени – и менее чем через десять лет, а именно в 2026 году, на Марс отправится сотня землян, чтобы начать обживать эту планету. Ну, если и не в реальности (хотя, как сказать: Илон Маск прогнозирует, что человечество может создать самодостаточную колонию на Марсе в следующие 50–100 лет), то в романе одного из крупнейших научно-фантастических авторов современности. Не счесть литературных произведений и кинопостановок о полетах людей на Марс. Но «Красный Марс» заслуживает того, чтобы не затеряться на общем пестром научно-фантастическом поле. Это первый роман из марсианской трилогии Кима Стэнли Робинсона, повествующей об истории колонизации землянами далекой планеты. Вслед за первой книгой следуют «Зеленый Марс» и «Синий Марс».

Красный Марс – это сочетание можно толковать по-разному (хотя по авторскому замыслу Red Mars, Green Mars, Blue Mars характеризуют изменения, которые претерпевает планета под воздействием землян). Ну, прежде всего: красноватый оттенок марсианской поверхности, придаваемый ей оксидом железа, породил в качестве синонима Марса термин «красная планета». Это, извините, за тавтологию, лежит на поверхности. А можно при желании увидеть в красном политический оттенок. Еще до того, как Алексей Толстой в своем романе «Аэлита» отправил инженера Лося и демобилизованного солдата Гусева на докатившийся до революционной ситуации Марс, русский марксист Александр Богданов в 1908 году написал книгу «Красная звезда» о Марсе, где царит коммунизм.

К слову, о Богданове – Ким Стэнли Робинсон совершенно не случайно ввел персонажа по имени Аркадий Богданов. Аркадий – один из сотни первых земных колонистов на Марсе. И как видно из его фамилии и имени, он наш соотечественник. Но о россиянах, какими их видит Робинсон, разговор отдельный.

Итак, 2026-й год. На «красную планету» летит самый большой в истории межпланетный космический корабль «Арес» (тот же Марс, только на древнегреческий манер!). На его борту сто мужчин и женщин, которым суждено стать началом марсианского народонаселения, которое за многие годы вырастет в разы. Это поистине космическая Одиссея гигантских масштабов. Любопытно, что большинство участников экспедиции – граждане России и Соединенных Штатов (напомним, что роман был опубликован в 1993 году – тогда на перспективы российско-американской дружбы смотрели с гораздо бОльшим оптимизмом, чем в нынешние времена), однако есть представители и иных стран.

Впрочем, и в далеком космосе никакой гармонии у представителей человеческой расы не получается. Столкновения происходят по многим поводам. И, пожалуй, главный из них – это вопрос: имеют ли право переселенцы с Земли «подгонять» под себя другую планету.

Сакс Расселл считает, что уже само присутствие землян на красной планете означает, что процесс терраформирования так или иначе запущен: «Мы изменим ее уже тем, что окажемся на ней».

А вот Энн Клейборн возражает ему и стоит на том, что человечество не имеет права изменять целую планету по своей воле: «Видишь ли, Марс принадлежит сам себе. Ты можешь играть в свое изменение климата – на Земле, если хочешь, там такая помощь понадобится. Или попробуй на Венере. Но ты не можешь вымести прочь поверхность планеты, которая формировалась три миллиарда лет».

Лауреат престижнейших премий «Хьюго» и «Небьюла» Робинсон соткал пестрое полотно, в котором переплетаются разнообразные жанры – от чистой sci-fi в традиционном ее виде до триллера, от производственного романа до любовной лирики. Вопросы философские, политические, научные, экологические, религиозные, экзистенциальные (да каких только нет!) – все это представлено, так или иначе, в робинсоновских многостраничных и многоплановых марсианских хрониках. И еще на страницах романа постоянно спорят – и не только о праве пришельцев с Земли устраивать Марсу терраформирование (иными словами, придать красной планете земной облик и соответствующую экосферу). Повествование растянуто на много-много лет и превращается в настоящую сагу, усиленную любовью, которую автор питает к четвертой от Солнца планете.

Вот с чем беда – так это с «русской» частью книги. Нет, предвзятостью Робинсона в отношении нашей страны не пахнет. Но! Отчего бы ему было не озаботиться поиском более аутентичных имен и фамилий россиян? Ладно, спору нет: Аркадий Богданов – это уже удача. Алекс Жалин – тоже ничего.

Но Майя Катарина Тойтовна (на секундочку – руководитель российского контингента первых поселенцев!): откуда взялась эта дичь? Понятно, что у работающего в жанре научной фантастики автора должен быть полет фантазии, но надо же и меру знать.

На этом фоне Надя Чернышевски (так в оригинале, а в переводе, слава Богу, фамилии все-таки прибавили женское окончание) выглядит просто идеально. Если бы не одно «но»: полностью ее ФИО звучит так: Надежда Франсин Чернышевская.

В оправдание Робинсона сказать можно было бы только одно: он – часть традиции американской масс-литературы (а еще больше американского кинематографа), над которой зубоскалили еще Ильф и Петров (хрестоматийная «княгиня Гришка»). Но есть еще одно оправдание – и мы вложим его в уста другого классика, Артура Кларка, назвавшего «Красный Марс» лучшим романом о колонизации этой планеты из всех написанных: «Его стоит прочитать колонистам следующего столетия».