«Мы перестали над ним смеяться. Его герб – милосердие, его знамя – красота. Он выступает в защиту благородства, страдания, чистоты, бескорыстия и галантности. Пародия превратилась в образец».

Это цитата из лекций Владимира Набокова о «Дон Кихоте», которые он читал для студентов Гарварда, куда его пригласили в 1951/1952 учебном году. Издали их только после смерти писателя. Но создается ощущение, что их актуальность не потеряется никогда. Ведь и тот мир, в котором мы с вами живем, тоже забыл, что не надо превращать в образец ту пародию, которая нас окружает. Может быть, в этом и есть наше главное заблуждение?

Лекции выходили на русском языке и раньше. Но в полном объеме, пожалуй, впервые. Набоков никогда не жаловал роман Сервантеса. Как считают исследователи, он хотел «открыть для студентов текст, очистив его от ханжеского вздора, наслоившегося на роман в результате длительной традиции неверного прочтения». Набоков призывает относиться к великим романам исключительно как к «великолепным сказкам», без которых, впрочем, «и мир не был бы реален».

«Я вспоминаю с восторгом, как разодрал “Дон Кихота”, жестокую и грубую старую книжку, перед шестьюстами студентами в мемориальном зале, к ужасу и замешательству некоторых из моих более консервативных коллег».

Конечно, нельзя считать стиль и выводы Набокова эталоном понимания романа. Скорее наоборот, они вызывают спор, противление. И этим-то и привлекают, заставляя напрягать мозги и искать аргументы в пользу собственного понимания книги. И конечно, нельзя читать Сервантеса только «по Набокову», как бы он ни был обаятелен. Это скорее специи, без которых блюдо не может быть изысканным, но одними специями сыт не будешь. Да и сам Набоков штудировал предшественников-литературоведов и прекрасно знал их точку зрения, без чего дискуссия просто невозможна.

Набоков утверждает, что «Дон Кихот» – одна из самых страшных и бесчеловечных книг за всю историю мировой литературы. Его лекции – тщательный анализ деталей, которые писатель ставит во главу всего. Он возвращает нас к первоисточнику, а не к поздним восхищенным описаниям. А дальше читайте и думайте.