Один из распространенных мифов о 1990-х годах гласит, что основной «грязный» капитал в России был сколочен беспринципными комсомольскими вожаками 1980-х. Молодые и активные «энерджайзеры-ленинцы» действительно первыми «перестроились» и начали стричь купоны на полях новых экономических возможностей. Но многие из них занимались этим, не изменяя идеалам своей краснознаменной юности. Во всяком случае, они сами не считали себя отступниками.

Экстравагантный Никита Сергеевич Хрущёв обещал, что коммунистический рай наступит в 1980 году. Его обещание, как известно, не сбылось. Вместо светлого будущего началась кровавая война в Афганистане, унесшая тысячи молодых жизней. А чуть позже Советский Союз вовсе прекратил свое существование вместе со смелыми мечтами-планами его создателей и руководителей. Десятилетия глобального социального эксперимента, поддерживаемого напористой, но неубедительной идеологией, были легко и очень быстро обменены на видеосалоны, вареные джинсы, гамбургеры в открывшемся «Макдональдсе» и новые обещания светлого будущего. Теперь уже капиталистического. Автор этой документально-биографической книги – человек действия. В молодости он постоянно плыл против течения, устраивая себе экзамены «на слабо». При этом звезд с неба не хватал, а двигался к естественным, реальным целям – поступление в престижный московский вуз и аспирантуру, создание и хорошее обеспечение семьи, участие в общественно-политической жизни, основание одного из первых советских банков. И каждый этап его детства, юности, молодости совпадал с определенным отрезком завершающегося периода Советской истории – конец Застоя, период кремлевских похорон, начало перестройки, годы первых реформ, начало «лихих» девяностых. Сергей Васильев – автор наблюдательный, умеющий подмечать важные детали эпохи. Однако самые главные, самые трагические темы 1980-х отражены в его книге мимоходом. А ведь эти раны – война в Афганистане и межнациональная резня в союзных республиках – не зажили до сих пор.

Изображая «отдельные недостатки» системы, Сергей Васильев анализирует свой богатый житейский опыт и словно констатирует: «Если все делать правильно, по-честному, не лезть через головы и не идти по трупам, а вместо этого включать смекалку и решительность, то, в принципе, можно неплохо жить в согласии с совестью и не вступая в конфликт с системой». Подтверждая свою позицию, автор демонстрирует хитрые приемы выживания в стране тотального дефицита, позволяющие жить «по-человечески» в нечеловеческих условиях, особенно не задумываясь о причине этих самых условий.

«Искусство лома – сложная игра, – описывает Сергей Васильев технологию покупки билетов в модные московские театры в 1986 году. – Тут нельзя бить в лицо и вообще никаких кулаков или металлических предметов. Мы ж культурные люди, хотим… попасть в театр. Неписаным кодексом лома разрешалось только схватить противника за руку, плечо или туловище и резким усилием вытолкнуть из очереди. Лучше выдернуть рывком сразу двоих или троих. Тогда в очереди образовывалась брешь, и туда мгновенно проникали два-три человека из твоей команды».

Наступает время перемен, и автор активно включается в перестройку, но быстро осознает, какие катастрофы она предвещает. Во время путча 1991 года он – один из немногих молодых людей, кто не испытывает революционной эйфории. А в октябре 1993 успешный банкир Сергей Васильев вообще встает (хоть и пассивно) на защиту оппозиционного Верховного Совета. И в то же время автор совершенно спокойно констатирует: «Скорость всеобщего падения невероятным образом контрастировала со скоростью роста наших доходов. И главное, нам не казалось тогда, что мы занимаемся чем-то сверхъестественным. Легкость, с которой зарабатывались деньги, создала иллюзию, что то же самое могут делать все вокруг. Просто не сиди на месте. Двигайся. Берись за что-то новое, и у тебя будут деньги. По крайней мере так казалось нам в Москве».

Видимо, автор в те бурные годы не осознавал (а может быть, и не осознает по сей день?), что для многих советских людей – врачей, учителей, ученых – «сидение на месте» являлось обязательным условием их работы. Не всем даны темперамент, желание и способности «рубить бабло». Однако те, кто умел это делать, вместе с «баблом» заодно перерубили хребты миллионам своих соотечественников. И одним из таких энергичных первопроходцев русского бизнеса стал как раз Сергей Васильев.

Хроникер подробно с изрядной долей юмора описывает события 1980-х, пропущенные через призму его личной жизни. Он вроде бы человек не совсем советский, но в то же время не испытывающий к «совку» никакой неприязни. Более того, кажется, что он бы и дальше продолжил жить в энергичном мире студенческих строительных отрядов, полуподпольных концертов «Аквариума» и «Звуков Му», стенгазет, первых кооперативов, митингов, видеомагнитофонов, если бы не быстро меняющиеся обстоятельства. Разумеется, у несчастных родителей погибших в Афгане ребят другое мнение об эпохе «разлома двух времен».

Купить бумажную книгу