Не новое, но хорошо забытое старое открывается нам на страницах сборника «Он появился…» с подзаголовком «советская мистическая проза 20–30-х годов». Сюда входят произведения шести авторов разной судьбы и разного мировосприятия. Действие повести Александра Чаянова «Венедиктов, или Достопамятные события жизни моей» происходит в конце XVIII – начале XIX века и стилистически очень напоминает произведения Александра Бестужева-Марлинского и других романтиков, старших современников Пушкина. Овадий Савич («Иностранец из 17 №»), Андрей Соболь («Обломки») и Эмилий Миндлин («Возвращение доктора Фауста») вводят дьявольских персонажей в перипетии современной им российской действительности, выражая тем самым свое реальное ощущение присутствия сатаны в окружающем их хаосе, в разрушенном до основания старом мире. Индивидуальным фантазиям каждого из этих авторов свойственны любопытные художественные закономерности. Многие образные черты их героев (их имена, род занятий, национальность, разные сопутствующие предметы и т.д.) находятся в тонкой перекличке с деталями романа «Мастер и Маргарита». Это главное мистическое произведение советской литературы также включено в настоящий сборник, только не в канонической редакции, к которой мы все уже привыкли, а в первой рукописной редакции автора. В ней отсутствуют некоторые персонажи и еще не устоялись некоторые имена: например, Воланд – он же Фаланд, а Берлиоз – он же Крицкий или Мирцев. Но основные повороты сюжета, эпизоды, реплики и диалоги полностью узнаваемы так же, как и главная философская мысль о силах зла, вынужденных творить добро. Некоторым особняком в сборнике стоит повесть Александра Грина «Фанданго». Дьявол в ней играет второстепенную роль, а основное напряжение исходит, как всегда у Грина, от конфликта плоской обыденности и яркого воображения.