Главный минус книги господина Арабова «Орлеан» – дурной стиль, который сводит на нет все идеи и попытки построить остросюжетный роман. «Сначала она подвела глаза, потом набросала румяна на слегка перегоревшие после операции щеки, и губы ее начали пылать и дымиться, как ягоды клубники в закипевшем варенье. Зачем они пылали и дымились, кого подманивали, на что намекали?» Или «Он стоял над столом, заваленным книгами и газетами, упершись в края руками, и в большой голове его ворочались неизвестная ему самому мысль».

Понятно стремление Арабова писать экспрессивно, соединяя несовместимые понятия, работать на контрасте, однако автору явно не хватает чувства языка. Поэтому-то большая часть пассажей, вроде «Асфальт, похожий на лицо формирующегося подростка, весь в чирьях и прыщах, пролистывал под Игорем километры» оставляет желать лучшего. Категорически не удаются ему и диалоги, больше напоминающие сериальную тягомотину, нежели серьезный драматический текст.

Однако в романе есть остросюжетная линия, неплохая интрига. И не удивительно, если благодаря ей сочинение Арабова получит приз зрительских симпатий на «Большой книге» за этот год, что, в общем-то, станет свидетельством невысокого качества современной литературы.

Все начинается с того, что в Орлеане, «городе образцового быта», пропахшем йодом (который выделяет затхлое озерцо) и не отмеченном ни на одной из географических карт, к записной красавице, парикмахерше Лидке является некий господин. Ведет театральные речи о смысле жизни. Лидка же недавно сделала аборт, десятый по счету и, судя по всему, не последний. Незнакомец же беседует с ней и на этот счет, впрочем, покаяться не призывает. А лишь обещает наказание, жестокое, мучительное и несоизмеримое с проступком. Ясное дело, Лидка в панике. Ибо ее странный гость не кто иной, как Экзекутор…