Любовь – это всего лишь химия. Ну, хорошо, химия, сдобренная толикой психологии. Вы сидите, смотрите друг на друга, принюхиваетесь, одни вещества выделяются, превращаются в другие, все это прет вам в мозг и прямо в солнечное сплетение, и бац! – любовь зла, полюбишь и козла! Потому что козлик (козочка) он же такой… ми-ми-ми, слов нет, все в розовом тумане. Вот так это и происходит, а как туманят мозг вещества, которые в ходе этого процесса выделяются, превращаются и возгоняются, Хелен Фишер, антрополог, сексовед и гендеролог, выясняла с 1996 года, сканируя с помощью самого современного оборудования головы счастливых и несчастных влюбленных, молодых и старых. Вывод оказался ожидаемым: любовь и голод правят миром. Доказано наукой.

Самое интересное, конечно, это как именно правят. Свои усилия Фишер сосредоточила на изучении трех главнейших в любви химикатов – норадреналина, дофамина и серотонина. Именно они и «лежат в основе множества ощущений, которые относятся к человеческой любви». Дофамин «включает» чувство, норадреналин поддерживает, а вот уровень серотонина снижается, что и заставляет нас концентрироваться на предмете страсти. Дальше началась инструментальная часть: построили в Нью-Йоркском университете электронный «любвиметр» и стали измерять силу чувства, одновременно предлагая анкету «Шкала романтической страсти»… Оказалось, никуда любовь не делась, напротив, в современном мире ее все больше, потому что в выборе партнера мы все в меньшей степени руководствуемся рациональными рамками, социальными или экономическими. И все же разуму остается место – в отличие от самца красной лисы, что начинает без устали преследовать подругу, когда февральские метели укрывают белым одеялом равнины острова Хоккайдо, мы все же способны иной раз перевести дух и спросить себя: да подлинная ли это страсть?..