В дорогах и в боях, в трудах и в играх, в торжествах и траурных ритуалах – на протяжении тысячелетий всюду и всегда человек и конь были неразлучны. Не было бы у нас никакой цивилизации без этих долгогривых, быстроногих, верных, выносливых, сильных и прекрасных друзей. Хотя двадцатый век, «железной ноздрей храпя», навсегда, казалось бы, отодвинул и знаменитые конные заводы, и вольные степные табуны в узкую лакуну ретро – но сегодня уже явным становится не только эстетическое расширение ниши, но и практический интерес к лошадям. Поэтому книга-альбом о жизни и творчестве замечательного русского живописца, уникального представителя иппического жанра Николая Егоровича Сверчкова (1817–1898) наверняка будет востребована читателями любых возрастов, профессий и увлечений.

Самое большое собрание картин Н.Е. Сверчкова (более 200) находится в Музее коневодства РГАУ-МСХА имени К.А. Тимирязева – в интереснейшем, кстати говоря, месте. В альбом вошли работы художника, охватывающие целую эпоху истории отечественного коневодства, в нем отражено все богатство и разнообразие конского состава России, самые разнообразные виды и способы участия лошадей в повседневной жизни. Среди отобранных для издания картин – парадные конные портреты известных лиц, охотничьи и дорожные сцены, сюжеты ярмарок и масленичных катаний, жанровые деревенские зарисовки, военные эпизоды, а также многочисленные портретные (именно портретные!) изображения собственно лошадей, написанные по заказам.

Исторической родиной «конского портрета» по праву считается Великобритания – здесь в разное время множество живописцев специализировались исключительно на изображении лошадей. Сформировался даже некий эталон жанра, но в России он, при всех своих достоинствах, показался как бы «засушенным». Отечественным коневодам, держателям роскошных выездов или простым ездокам, завсегдатаям скачек и просто публике мало было тонкости отделки и технической тщательности, с которой англичане по требованию своих заказчиков выписывали каждый сустав, мускул, жилку, волосок, изображая знаменитых коней в статуарных позах, как на выводке. Живописная сторона в России не могла не взять верх над коммерческими и спортивными регламентами. Любимцами наших зрителей и заказчиков стали анималисты, представители романтической (Александр Орловский, Карл Брюллов), а затем жанровой живописи (Николай Сверчков, Петр Клодт, Петр Соколов, Франц Рубо, Евгений Лансере, Петр Ковалевский, Николай Самокиш).

Впрочем, от коннозаводческих подходов наши художники тоже не вполне отказались. Изображение лошади на отдельном холсте, в определенном ракурсе, с четко выраженными признаками породы, верно схваченным цветом в передаче масти, специфическими особенностями конституции и т.д. широко вошло в обиход довольно многочисленного слоя людей, в основном зажиточных, вкусы и положение которых обязывало к определенному уровню и стилю жизни. Портретами коней-любимцев украшались хозяйские кабинеты и другие помещения, где собиралось мужское общество для деловых встреч или изысканного отдыха. Кроме того, при помощи живописных произведений создавалась летопись истории коннозаводства, создавалась реклама в государственных и частных павильонах, на специальных выставках и традиционных ярмарках, а также на бегах и скачках.

Здесь мы можем пересказать только малую часть текста книги, посвященного особой области русской культуры в лице ее уникального представителя, его окружения, предшественников и последователей. Рассказы об отдельных работах художника, а их в альбоме немало, и вовсе можно процитировать лишь фрагментарно. Но эти фрагменты такие живые, такие неравнодушные! «Мы не пытаемся сравнивать произведения Сверчкова с шедеврами мировой известности, но явно импрессионистический дух эпохи, тогда нарождавшейся, захватил и русского живописца. Вот, например, полотно “Возвращение ямщика”… Тема не раз повторялась другими художниками. Но у Сверчкова поразителен выбранный момент. Солнце садится над зимним плоским пейзажем. Сумрак сгущается над фигурами человека и лошадей под распластанными крыльями-облаками надвигающейся темноты. Вот-вот уже ночь, а ямщик все еще пешком возвращается с дальней почтовой станции, куда он отвез седока. Вот он приостановился, приложил руку к глазам. Видя его со спины, зритель чувствует стремление уставшего человека приметить вдали огонек – и как будто именно в этот миг на темном горизонте вспыхивает искоркой свет родного оконца!»

Русская жизнь представлена у Сверчкова не только как жизнь простолюдинов. Роскошь, элегантность, власть отлично переданы в портретах знати – например, шаха Наср-Эддина на белом жеребце, шталмейстера В. Бибикова на вороной орлово-ростопчинской кобыле, в картине «Императрица Мария Федоровна в санях». Сани, кстати, открытые, а едет императрица, хоть и укрытая широченной собольей полостью, но в сопровождении всего одного лакея на запятках да кучера на облучке. Любопытный штрих к нашему представлению о быте прошлого. И подобных штрихов во всем издании видимо-невидимо.

Купить бумажную книгу