Похоже, метафизический реализм Юрия Мамлеева завел своего глашатая в тупик, хотя его доктрина «Вечная Россия», кажется, до сих пор жива. Однако новый роман «После конца» производит весьма печальное впечатление.

Мир постигла катастрофа. «Было все: и покой, и взлеты, и адские падения. Но финал состоялся, и в общем в согласии с древними откровениями. <…> Земля превратилась в вихрь Гнева Божьего. Казалось, все разрушено. Человечество ушло. Кто за черным спасителем, кто в рассеянье по вселенной, кто в ад, кто в сферы истинного спасения и духа».

В итоге главный герой Валентин Угаров, житель XIX века, вдруг оказывается незнамо где. Сначала, наблюдая бесовские игрища новых людей, он, конечно, думает, что сошел с ума, потом – будто попал в ад, а уж после случайно встреченные им относительно адекватные люди поясняют, что теперь Валентин находится в неведомом месте «после конца». Впрочем, некоторые страны все же частично уцелели, Россия, естественно, тоже. Хотя человечество, как живая, так и мертвая его часть, утратило всякий приличный вид, особо оно не любит берущее за душу пение, отчего начинает визжать и выкобениваться.

Однако осталось несколько здравомыслящих людей, которые напутствуют Валентина, призывают его веровать в Бога и творить молитву всякий раз, чтобы не рехнуться. С их помощью Угаров и разворачивает свою деятельность по усовершенствованию мира «после конца». Вообще, Мамлеев особенно педалирует то, что все происходит именно «после конца», Валентин не раз поражается тому, что и куры, и женщины такие же, как в XIX веке.

Смущает другое: мир, созданный автором, в деталях, равно как и все персонажи, прорисован плохо. Ясно одно – все происходящее невероятно ужасно, всем плохо и страшно. Однако что конкретно должно пугать: изрыгание проклятий озверевшими людьми, деревья-вампиры или Республика деловых трупов, непонятно.

Не возникает и метафизического подтекста, внятно одно – всем надо каяться и молиться, только тогда спасемся.