Семейная сага сербского писателя Боры Чосича (не путать с широко известным некогда в СССР Добрицей Чосичем!) охватывает едва ли не все прошедшее столетие. Довоенная Югославия (а применительно к этой несчастной стране приходится делать уточнение: до Второй мировой), собственно война, титовская эпоха — Чосич смотрит на прошлое детскими глазами. Семья на фоне истории — и история на фоне семьи. Порой ловишь себя на мысли, что жизнь описываемого беспокойного семейства можно охарактеризовать емким словом «дурка». То же относится, наверное, и к историческим перипетиям ХХ века. Впрочем, даже намека на документальность здесь днем с огнем не сыскать. Где-то размытые воспоминания, а где-то тщательная прорисовка деталей. Взрывное веселье порой раблезианского размаха («Утром меня разбудили и привели в лавку, чтобы я стал первым, почетным покупателем. Мне предложили галоши для купания, каучукового Микки Мауса, набор для пинг-понга. Я выбрал человеческий кал, резиновый, в натуральную величину, искусственный. Мою игрушку запаковали, пожали руку, тем самым лавка была открыта») соседствует с прорывающимися трагическими нотами. Сразу и не скажешь, чего больше у Боры Чосича — самоироничного сарказма, балансирующего на грани откровенного хулиганства и цинизма, или же ностальгической тоски по ушедшему детству. Иногда строй авторской речи всеми этими бесконечными «Я сказал… Мама сказала… Дядя сказал» напоминает манеру рассказывать Форреста Гампа. Вообще, эта книга очень кинематографична. Только ленивый не сравнивал, небось, «Роль моей семьи в мировой революции» с ретрофильмами Кустурицы типа «Папа в командировке». Написанная несколько десятилетий лет назад — еще в социалистические времена — книга сегодня воспринимается как воспоминание не только о потерянном времени, но и потерянном пространстве. Как у того же Кустурицы в «Андеграунде»: «Посвящается стране, которой больше нет».