Портрет автора во многом зависит от его работ. Мы воспринимаем художника через его картины, музыканта – через композиции, а писателя – через прозу и поэзию. Однако зачастую такой портрет является отражением внутреннего мира человека, его мыслей. Факторы, влияющие на ход мысли человека, чаще всего остаются за линией внимания, хотя внешние раздражители, то есть картина жизни человека, играют едва ли не равносильную роль с его творчеством.

При этом история жизни великих людей, как прошлого, так и настоящего, во многом – это закрытая книга, полная тайн, искажений и попросту приписанных историй, которые на самом деле не имеют ничего общего с реальностью. К тому же как признанные при жизни, так и удостоенные этой чести посмертно мастера зачастую намеренно обволакивают себя туманом мифов, чтобы в хрупкий мир их сознания не вмешивалась ни единая душа. Мифами полны истории о Леонардо да Винчи, о Гоголе, о Шаляпине и о Джоне Ленноне, и неизвестно, которую часть из них придумали они сами еще при жизни. Именно поэтому для любого биографа раскрытие жизненного пути талантов прошлых поколений, а также сопоставление этих перипетий с плодами их творческой мысли являются титаническим трудом, посильным далеко не всем. Жизненный цикл великого художника ХХ века Поля Сезанна – это поле, на которое боятся заходить многие профессиональные биографы. «Писать с натуры означает вовсе не копировать внешний мир, но воплощать свои ощущения», – так говорил сам художник о своем искусстве. Однако и жизнь его можно смело описывать цитатой самого же мастера.

Мир через ощущения привел современное общество к тому, что о Сезанне известно много и одновременно почти ничего. Отделить правду жизни художника от вымысла толкователей или простых поклонников брались многие, однако наиболее яркой и законченной работой о художнике выглядит биография «Сезанн. Жизнь», написанная английским историком Алексом Данчевым. Именно его в последнее время называют ключевым специалистом по вопросам Сезанна, чьи работы в последние несколько десятилетий стали особо цениться на аукционах и у коллекционеров.

На волне новой популярности Сезанна и его признания обществом в качестве одного из столпов живописи прошедшего столетия книга Данчева, выпущенная на английском в 2012 году, совпала с периодом публикации писем художника. В них, как и в живописи, Сезанн предстает довольно отличающейся от себя личностью, что добавляет мифичности его образу. В свою очередь Данчев, опираясь как раз на идею разделения эго и альтер-эго художника, планомерно расставляет в книге по местам все мифы и напускные маски мастера.

Как нетрудно догадаться, основной задачей биографа стало описание настоящей жизни великого художника, который предпочитал отшельнический образ жизни. Во многом эта задача оказалась практически нерешаемой, в первую очередь из-за скудности источников, в которых хоть как-то упоминается жизнь художника. Частично книга основана на воспоминаниях и в прямом смысле слова стенографиях речей Сезанна друзьями, число которых было весьма скромно. Так, со страниц книги с читателем говорят Ренуар и Рильке. Много в книге и слов самого художника: это стало едва ли не главным достижением работы – в ней в правильном порядке и с математической точностью собраны ключевые цитаты художника, описывающие его жизненные ситуации и образ мысли в конкретный период. Разговаривают с читателем и картины художника, фотокопии которых в хронологическом порядке прилагаются к тому.

Отдельного упоминания достоин стиль, в котором написана книга. О непонятном необходимо писать максимально доступно, что и получилось мастерски у биографа, чье другое более раннее творение, описывающее жизнь еще одного художника – Жоржа Брака – было тепло принято среди профессионалов и критиков. Логичность переходов от одних событий к другим, сопровождаемых яркими отступлениями о мифах, которые писатель рассматривает и отбрасывает, а также предположения о вероятном влиянии тех или иных жизненных перипетий художника на его творчество, с легкостью вписываются в повествовательный процесс книги, который заинтересует любого читателя, даже почти незнакомого с работами Сезанна.

Довольно удобно брать за основу новой книги биографию человека, имя которого приобретает вес и вряд ли потеряет интерес общественности в ближайшие несколько лет. Поль Сезанн в данном случае – беспроигрышный вариант для биографа. Западная живопись не может дешеветь: если на нее пошел спрос и растут цены – значит, и внимание к личности художника всегда будет серьезным.

Несмотря на это, важно осознавать огромную ответственность, которая ложится на плечи, когда берешься за создание книги о таком человеке. В случае с биографией «Сезанн. Жизнь» Алекса Данчева получилось наслоение шедевров – один из ключевых биографов конца ХХ и начала ХХI века создал великолепное повествование о жизни гения, которое смело можно назвать одной из лучших британских биографических книг, выходивших за последнее десятилетие.