«В случае прорицателей, юродивых и других пропагандистов религиозного сознания и религиозного образа жизни мы имеем дело с целой номенклатурой психиатрических диагнозов…». Этот приговор от имени официального безбожия действует на наш умы и души до сих пор, и к такому подвигу во имя веры, как юродство, мы относимся, по меньшей мере, с предубеждением. Но самый знаменитый из московских храмов продолжаем называть в честь человека по имени Василий с непременным добавлением прозвища Блаженный. И даже знаем о нем кое-что: был старшим современником Ивана Грозного и едва ли не единственным, кто царя и его власти не боялся, обличая грехи самодержца. Новинка малой серии «ЖЗЛ» подробнее расскажет об этом святом.