Сто лет назад внезапно, как многим тогда казалось, закончилось «мирное время». Какой-то выстрел в Сараево – и вся приличная, цивилизованная Европа с треском вляпывается во всеобщую войну, и вот уже стороны винят друг друга в самых тяжких грехах, вплоть до переработки трупов на мыло и удобрения. Не без оснований: британский историк Маргарет Макмиллан открывает свою книгу рассказом об уничтожении немецкими войсками старинного бельгийского городка Лувен. Никакой военной необходимости в этом не было, солдаты действовали в раздражении и озлоблении. Трагедия эта померкла на фоне последующих событий, но, как бы то ни было, около 250 человек расстреляли на месте, а полторы тысячи депортировали. Город был разграблен и в значительной мере сожжен. Пришла эпоха иррациональной ненависти.

Собственно о войне Макмиллан почти не пишет. Предмет ее исследования – превращение «мирного времени» в военное. Анализ экономического и политического состояния противоборствующих держав, оценка «духовной ситуации времени», военных планов, судьба попыток сохранить мир, подробности тогдашней политики – фактически перед нами настоящий путеводитель по предвоенной Европе.

На деле мир шел к войне семимильными шагами. Только никто этого не замечал. Какое дело благонамеренному обывателю до какого-нибудь британо-германского кризиса из-за Самоа или до межплеменных дрязг на Балканах (балканским войнам посвящена немалая часть книги)? Между тем, сообщения такие исподволь готовили мир к войне, и тот же Герберт Уэллс предрекал, что в XX столетии в выигрыше будет то государство, что сумеет «сплотиться в цельный боевой организм». Пусть и за счет прав собственных граждан.

В итоге, замечает автор, мы по сей день живем в тени Первой мировой. Именно тогда были зажжены запалы многих будущих кризисов, определены черты мироустройства на многие десятилетия вперед. Но Европа морально и политически готовилась к бойне задолго до первых залпов.