Новая книга Юрия Буйды «Яд и мед» повествует о древнем роде князей Осорьиных. В основе лежит одноименная повесть, также в сборнике представлен ряд рассказов «Осорьинские хроники».

«Впервые князья Осорьины упомянуты в русских летописях в 1225 году, когда один из них остановил вторжение литовцев, разгромил их и прошелся по литовским городам и деревням, не оставляя после себя в живых даже собаки, которая могла бы лаять ему вслед». Одного из предков этого рода казнил Иван Грозный, другой отважно сражался в Куликовской битве, третий бился под Аустерлицем, сдерживая натиск кавалерии Мюрата. Дмитрий Осорьин был царским генералом, радостно принявшим революцию и перешедшим на сторону новой власти. В общем, «они и при царях были господами, и при большевиках, и сейчас они – господа».

Конечно, в некотором смысле эта чудесная история вызывает массу вопросов и нареканий. Но поверим автору на слово. Итак, живут Осорьины в большом особняке (извечный предмет зависти нуворишей) на Жуковой Горе, прозванном в народе «Домом двенадцати ангелов» из-за особых флюгеров, напоминавших крылатых серафимов.

Уже много лет центром его является пугающая и прекрасная Тати (Татьяна Дмитриевна), дочь того самого красного генерала. «Ее лицо – оно было почти ужасным, оно было почти уродливым, оно было странным <…>. Слишком длинный и слишком острый нос, слишком маленькие глаза навыкате, слишком большой рот, который от яркой помады казался еще больше, слишком бугристая кожа лица… но это лицо – оно притягивало взгляд, пугало и завораживало». Тати – хозяйка, она же душа и закон этого дома. Все остальные: горничная Даша и ее прижитая на стороне дочка Нинон; дети погибшей в авиакатастрофе сестры – Борис и Николаша; собственный сын Тати рыхлый Лерик, ее любовник дядя Саша и приведенная им в дом якобы Замятинская дочь Лиза, не то сторож, не то камердинер Сирота, сам рассказчик (внук местного врача, вхожего в круг Осорьиных) – безоговорочно подчиняются Тати. Впрочем, она никого ни в чем не неволит. Ведь считает, что «только Бог имеет право называть вещи своими именами. <…> Но зато нас Господь наградил чудесным даром умолчания, намека и вымысла».

Поэтому потомки Осорьиных живут, как им вздумается. Спят друг с другом без зазрения совести, приживают детей, увлекаются искусством, пьют дорогое вино и водку подешевле, балуются наркотиками (вернее будет сказать, употребляют в умеренных дозах, чтобы избавиться от депрессии), но всегда помнят о своем происхождении. Их трудно назвать аморальными, но и какой бы то ни было нравственности они не проповедуют. И жизнь их не ломает, скорее, гнет, ведь они такой податливый материал.

Но однажды в доме на Жуковой Горе появляется Ольга – существо из другой среды, поэтому совершенно инородное, человек абсолютно естественный этой своей природной живостью и привлекательный. Кажется, вся семья увлекается ей. Но вскоре голую Ольгу находят убитой в холле.

С этого момента повесть обретает детективный характер, вот только Тати, взявшая на себя роль следователя, убийцу вовсе не ищет. Она подробно расспрашивает домочадцев, но не для того, чтобы выяснить, кто же убил… Как она потом признается рассказчику, есть вещи куда важнее: «Я хочу, чтобы и через сто лет в этом доме мои мальчики валяли дурака и спорили о русской идее, чтобы через сто лет в этом доме мои девочки влюблялись и рожали детей, чтобы по лужайке носились мои псы, чтобы мои часы исправно били и моя седьмая ступенька на лестнице невыносимо скрипела… и через сто лет… и через триста, и через пятьсот…» В общем-то в сегодняшней разоренной войнами и революциями России мало кому понятное стремление.

Ведь дом для Тати это и алтарь, и очаг одновременно. А счастье – не нечто данное свыше, но то, что мы сами долго и кропотливо накапливаем с годами. Чтобы в семье была любовь (без склок и дележа), кому-то нужно стать ее плотью, тем самым научить своих домашних этому беззаветному чувству.

Поэтому мы и не узнаем, кто же убийца, Тати права, это не важно. Ведь и Юрий Буйда написал не детектив, а хорошую повесть об очень непростых вещах. Так уж получилось, что мы давно привыкли называть домом четыре стены, где живем. Буйда же показывает нам, что материальное владение далеко не все. И наша бездомность есть общая русская черта. «Земля у нас есть, а дома – нет». И чтобы он появился, нужна серьезная созидательная работа, в ходе которой из поколения в поколение яд будет перерабатываться в мед. И тогда в доме будут «очаг и алтарь, не по отдельности, а вместе, потому что без очага алтарь – камень в пустыне, а очаг без алтаря – тепло без света». Тати давно поняла эту истину, поэтому и пожертвовать собой ей не сложно.

Однако повесть Буйды из современных критиков мало кто правильно воспринял, в героях попытались увидеть страшных грешников (идти по проторенному пути, говорить о разложении рода), а в стремлении Тати – меркантильное желание защитить доброе княжеское имя. Но будь это действительно так, от тела Ольги избавились бы иным, более хитрым способом. Да и с убийцей Тати могла поступить жестоко. Но не сочла нужным…

Просто в семье Осорьиных (в очередной раз чудом уцелевшей) случилась трагедия, пережить которую удастся лишь с годами. Но князья будут очень стараться…