– Помните ли Вы первую прочитанную Вами самостоятельно книгу?

– Лет в десять я прочитал «Два капитана» Вениамина Каверина. Эта книга осталась для меня самой любимой на всю жизнь.

– А из более раннего детства?

– Воспоминаний не осталось. У меня была бабушка-баптистка, которая заставляла меня читать молитвы, давала мне Библию. Хорошо помню эту книгу – большая, с гравюрами. Если я отказывался читать, бабушка наказывала, ставила на колени. В повести «Жук золотой» я много рассказываю об этом периоде детства и своей бабушке Матрёне, которая на самом деле была очень интересным и грамотным человеком.

– В Вашей семье много читали?

– Читали все и всегда. Я жил в деревне на Нижнем Амуре. Мама преподавала русский язык и литературу, мы выписывали практически все литературные журналы, которые тогда выходили: «Юность», «Новый мир», «Дружбу народов»… Мама читала сама, давала что-то почитать мне. В школьные годы я учился в интернате. Классным руководителем у меня была Тамара Спиридоновна Скворцова, с которой я переписывался до самой ее смерти. Она одна из тех людей, которые помогли мне сформироваться как личности. Писать я начал рано, и в шестом классе у меня уже были опубликованные стихотворения, а в девятом я входил в краевое литературное объединение, и меня называли в числе трех поэтов, именующихся «надеждой дальневосточной литературы».

– А сейчас у Вас остается время на чтение книг?

– Я живу за городом, поэтому достаточно много времени провожу в дороге. Именно в это время я читаю. Читать в пути серьезную литературу сложно, поэтому стараюсь выбирать что-нибудь более легкое для восприятия. Недавно прочитал роман «Ужин» Германа Коха. Эта книга мне понравилась как читателю, но как профессиональный литератор я увидел «ходули», которые держат роман, хотя мне была интересна сама постановка темы. Автор дает очень простой ответ на заданный им же самим вопрос – яблоко от яблони недалеко падает. В дороге я перечитал и «Анну Каренину» Льва Толстого. К этому меня подтолкнула новая английская экранизация романа, которая мне очень понравилась (я вообще люблю такой модернистский подход). Мне захотелось сопоставить роман и фильм, а для этого потребовалось освежить в памяти текст. «Каренину» я читал в электронном виде, потому что таскать с собой толстенный том неудобно: жизнь заставила обратиться к гаджетам. Интересно, что именно чтение в электронном виде натолкнуло на мысль, что мне бы хотелось поредактировать великого классика. Оказалось, что на экране недочеты текста виднее.

В свободное от работы время я люблю устроиться в удобном кресле, налить себе чашечку кофе и погрузиться в интересную, обязательно настоящую, бумажную книгу. Так, недавно открыл для себя имя писателя-фантаста, которое на самом деле вовсе не является новым для нашей литературы – это Святослав Логинов. Я прочитал роман «Свет в окошке», изданный еще в 2002 году. Он рисует загробный мир, в который попадает герой. Некоторое время назад в романе «Ангел мой» я тоже попытался обратиться к этой теме. Мой герой – полковник спецназа – в конце книги погибает, и его душа проходит мытарства, которые я попытался описать сторонним взглядом. Логинов же по-другому пишет о загробном мире, в котором его герой встречается со всеми ушедшими ранее людьми – с сыном, женой. Меня очень заинтересовала попытка Логинова представить себе не только внеземное существование человека в загробном царстве, но и его осознание некой человеческой ответственности за все, что было совершено.

– То есть Вы читаете и бумажные и электронные книги. А как думаете, смогут ли Интернет и электронные книги окончательно вытеснить книгу бумажную?

– Лишь в определенной части. Тактильное ощущение книги важно для читателя любого поколения, хотя электронный способ чтения очень удобен, этого отрицать нельзя. Не исчезнут и детские книги, потому что при всех гаджетах и виджетах, заполонивших жизнь современных детей, настоящая сказка не умрет никогда.

– А что нужно сделать, чтобы подружить ребенка с книгой?

– Все должно идти из семьи. Если в семье читают и ценят книгу, то это обязательно привьется ребенку. Как отец должен воспитывать сына? Никак. Он просто должен личным примером показывать то, как надо жить.

– Вы начинали как поэт, но сейчас пишете только прозу. Почему?

– Лет тридцать назад в издательстве «Молодая гвардия» готовился к публикации сборник моих стихов, его рецензентом была Римма Казакова. Сборник уже был одобрен к публикации, но в последний момент я передумал. Перед этим мой друг поэт Виктор Еращенко показал мне верхнюю полку своего книжного шкафа, на которой стояли томики Хемингуэя, Кафки, Астафьева, Пастернака, Ахматовой, Цветаевой. Он спросил меня, уверен ли я, что мой сборник сможет встать в один ряд с этими книгами? Я не был уверен, а потому от публикации отказался.

Прозу я начал писать довольно поздно, после возвращения из Лондона, где работал корреспондентом газеты «Комсомольская правда». Именно тогда опробовал новый жанр, который называю роман-таблоид. Это ироническая проза, написанная на документальной основе. Своего рода игра с читателем, позволяющая мне убедить его в правдивости рассказываемого, заставляющая поверить мне. Последний роман, который я закончил совсем недавно, называется «Не мой день». Это заключительная часть криминальной трилогии, куда вошли романы «Лягунда» и «Флейта Крысолова». При этом я вовсе не считаю себя писателем, это звание может быть дано автору только по прошествии времени. Я – литератор и беллетрист.