Чем издатели удивили читателей в 2020 году

В декабрьском номере «ЧВ» опубликован опрос издателей, где они подводят некоторые итоги года. Сегодня мы начинаем публиковать их ответы на нашем сайте.

1. Раньше считалось, что самым большим спросом пользуются детективы, фэнтези и любовные романы (это мировая статистика). Но у нас в какой-то момент на первый план, в том числе и по интересу читателей, вышел жанр нон-фикшн. Как вы думаете, почему так произошло?

2. Какими новинками вы завершаете этот год?

3. 2020-й был самым сложным для издателей, и не только для них. Как вы его пережили, каковы потери?

4. Каков главный вывод, который вы сделали для себя после кризиса из-за пандемии коронавируса?

5. Главное событие этого года в жанре нон-фикшн, по вашему мнению?

6. Когда, по вашим прогнозам, ситуация в книжной отрасли нормализуется и что для этого нужно предпринять?

Издатель и главный редактор Михаил Котомин «Ад Маргинем»

1. Это мировой тренд, думаю он связан с кризисом жанровой системы литературы вымысла (fiction), роман как основная единица измерения литпроцесса, больше не собирает реальность воедино. Благодаря развитию медиа, интернета, документального кинопроизводства, появилось столько инструментов фиксации невымышленного опыта, что на смену нарративной модели, когда мир познавался через вымышленного персонажа, пришли разнообразные нонфикшн жанры. При этом какие-то гибридные формы существования литератур как автофикшн, например, только формально относятся к нонфикшн, скоро так будет выглядеть и художественная литература, вручения премий за биографии – первый шаг в этом направлении.

2. Первый «роман» Оливии Лэнг Crudo (сырой, грубый с итальянского) – интересный опыт игры с фикшн и нонфикшн компонентами в одном тексте дает старт целой линейки новой экспериментальной прозы на стыке автофикшн, нонфикшн и фикшн. Пока неясно, что успеет выйти прямо к ярмарке, но в планах роман Рейчел Каск, лирический дневник Кио Маклир, блистательный дебют в жанре nature writingбританки Эми Липтрот. Также мы наконец издадим наш долгострой – перевод четвертой, заключительной, части «Истории сексуальности» Мишеля Фуко, впервые опубликованный во Франции уже после смерти автора, два года назад. А в пандан к нему – комикс с одноименным названием.

3. Пережили более-менее. В рыночном отношении наши обороты упали, мы несколько ужались в штате и в количестве издаваемых книг, но с другой стороны, отвалилось все наносное и ненужное, ускорился процесс перестройки издательства, который и так назревал. Мы входим в новый постковидный мир более поджарыми, но вполне жизнеспособными и бодрыми, готовыми к переменам.

4. Надо издавать только те книги, которые ты не можешь не издать. Бумага, как оказалась вовсе не все терпит, ее, наоборот, еще надо заслужить.

5. «Бредовая работа» Дэвида Гребера.

6. Смотря что мы понимаем под словом нормализуется. Я надеюсь, что падение рынка остановится к концу года, но книжный мир уже никогда не будет прежним, цифровая трансформация книги, уберизация книжной торговли, конец больших индустриальных тиражей – это новая реальность, в которой нам всем предстоит привыкать жить и работать.