– Ирина Петровна, бывает, что, поставив последнюю точку в тексте книги, автор сразу же хочет что-то переделать, переписать. Не было ли у Вас такого чувства?

– Процесс работы над книгой у меня растянулся на два года, особенно много времени ушло на редакторскую подготовку текста. Когда же книга наконец вышла, я не смогла ее прочитать полностью: мне казалось, что многое в ней сказано не так, не точно… Но я считаю, что она не является законченным писательским трудом, строчки для которого подбираются часами, если не годами. Не случайно же моя книга называется «Расскажу…», ведь она представляет собой свободную беседу автора с читателями. Я всю жизнь играла в театрах, в которых ставились гениальные пьесы великих людей, я выросла на общении с их талантом, а потому не считаю себя вправе называться писателем и даже пробовать встать с ними на одну ступеньку. Мне просто хотелось рассказать о том, что видела, слышала, пережила, тем более что мои друзья неоднократно подталкивали меня к написанию книги.

– Вы рассчитываете на то, что Ваша книга станет бестселлером?

– Я не думаю об этом, я написала то, что чувствую, будет ли это интересно – судить читателям. А уж какой цели я точно перед собой не ставила – так это заработать денег. Мне причитается очень небольшой гонорар и авторские экземпляры книги, большую часть которых я уже раздарила своим друзьям.

– Вы сыграли огромное количество интересных ролей, а какой спектакль Ваш самый любимый?

– Отвечу традиционно – самый любимый спектакль тот, который сыгран только сейчас. На сегодняшний день это «Дорогая Матильда» в МХТ имени А.П. Чехова. Приглашаю всех его посмотреть.

– А есть ли у Вас любимый режиссер, которому Вы бы никогда не отказали в ответ на предложение сняться в его фильме?

– Мой любимый режиссер Никита Сергеевич Михалков, но он меня никогда не снимал и, скорее всего, никогда снимать не будет. Мне всегда нравились фильмы итальянского режиссера Микеланджело Антониони, но его работами я тоже могла только восторгаться. Я всегда стараюсь радоваться тому, что у тебя есть, а потому среди тех людей, с которыми я работала, мне не хочется выделять никого: все они достойны и талантливы. А всю жизнь сниматься у одного режиссера тоже не здорово, ведь человек меняется, взрослеет, стареет – нужна динамика.

– В своей книге Вы много пишете о театральных и кинематографических буднях, а есть ли в ней описания каких-либо курьезных моментов?

– Да, конечно. Книгу я старалась строить так же, как строю свои концерты – чередовать грустные песни, совсем-совсем печальные и что-то очень веселое, способное завести и поднять весь зал. В книге чередуются трогательно-щемящие истории с радостными.

– Вы коснулись темы концертов, не так давно прошел Ваш концерт, на котором Вы выступили сразу в нескольких ролях – продюсера, режиссера-постановщика и актрисы. Как Вам удается совмещать столь разнообразные роли?

– Было сложно, тем более что я старалась сделать цены на билеты максимально невысокими, чтобы смогло прийти как можно больше людей, а потому на часть моих задумок мне просто не хватило денег, так, в частности, было мало рекламы. Для меня организация этого концерта стала своего рода подвигом, потому что женщине, не имеющей за собой раскрученных продюсеров, богатых спонсоров, не умеющей правильно делать вложения, чтобы они работали на рост капитала, вот так с нуля провернуть такую акцию очень непросто. Но я хотела доказать и себе, и другим, что женщина может выдюжить такое, если она очень этого захотела, если поставила перед собой благую цель. Моя цель была светлой и яркой, а потому все получилось искренне и интересно.

– Поколение людей, рожденных в семидесятые годы прошлого века, выросло на фильмах, в которых Вы играли женщин, являющихся для того периода эталоном красоты, женственности, порядочности. Это был настоящий мастер-класс того, как быть настоящей женщиной. В театре же у Вас было совсем другое амплуа – Вы играли и отрицательных персонажей, и стервозных дамочек… Почему же в кино Вы всегда были положительной героиней?

– Я достаточно мало снималась в кино, в то время как в театре мною переиграно огромное количество ролей. Возможно, это происходило потому, что сама я всегда считала себя, в первую очередь, театральной актрисой и лишь потом готова была сниматься. В советское время в прессе даже выходила статья про меня под названием «Раба театра». Это очень верное определение, потому что я была его настоящей заложницей. Очень часто в репертуарных спектаклях я была единственной исполнительницей главных ролей, а значит, не могла себе позволить ни заболеть, ни взять больничный. Часто сталкивалась с тем, что лечила меня работа, а не лекарства. А потому, имея такой загруженный театральный график, у меня не было возможности много сниматься в кино, и для съемок я выбирала только те роли, которые мне нравились, – роли красивых, умных женщин, которыми так славится наша страна. Сниматься в «чернухе» мне не хотелось никогда, а потому играть бабушку убийцы в каком-нибудь современном сериале я всегда отказывалась.

– Влюблялись ли Вы когда-нибудь в своих партнеров?

– Единственный роман на театральных подмостках был у меня с Игорем Васильевым. Это единственный артист, с которым мы какое-то время жили вместе. Мне очень жаль, что его уже нет с нами. А во всех своих партнеров я не могла бы влюбиться физически, ведь за мою театральную биографию их было несколько сотен. Но все мои партнеры были один краше другого, в плане не физической красоты, а душевной.