– Нина, расскажите чуть подробнее о Вашей книге…

– Я пишу о девочке Оде, как будто мне самой 12 лет. Как вы уже поняли, это дневник. Он рассказывает о том, с кем Ода дружит, кем интересуется, с кем ссорится. А надо сказать, она все время с кем-то не в ладу, потому что Ода сложный ребенок. Текст сопровождается рисунками, большая часть которых для правдоподобности выполнена левой рукой (хотя на самом деле я правша). Но встречаются в романе и другие иллюстрации, они сделаны как бы другим человеком, поэтому их я уже рисовала правой рукой

– А Вы сами такую Оду в жизни встречали, или может быть, Ода – это Вы?

– Да, вы правы, Ода немного похожа на меня. Ведь многое из того, о чем она думает – приходило мне в голову в 12 лет. Сюжет часто опирается на случаи из моего детства или детства моих знакомых…

– Приведете пример?

– Дом Оды очень похож на дом моих дедушки и бабушки. Как у Оды, у меня есть младшая сестра, у нас три года разницы. И я часто говорю, что если бы не она, то мне не о чем было бы писать. И та история про телеграф – правда. В детстве мы тоже натягивали веревку между кроватями и отправляли по ней корзинку с посланиями. А еще в книге описан смешной момент, когда сестренка Оды в качестве протеста какает на пол, я знаю человека, который делал так же, но не могу его выдать. Впрочем, много в романе и придуманного, поэтому его нельзя считать автобиографическим.

– А еще там описан случай, когда Ода и ее подружка посылают известному писателю Арне Свингену кучу странных вопросов. Вы сами не хотели бы на них ответить?

– Нет (смеется), ни за что. Кстати, если вдруг вы не знаете, Арне Свингендействительно известный норвежский писатель. Просто решила написать, будто Ода влюбляется в него в романе. Но то письмо с кучей вопросов, отправленное девочкой – реальный е-мейл. И ответы – настоящие. Правда, перед тем как пообщаться с Арне, я зашла на его страничку в Интернете и посмотрела, что он пишет детям. Задавая свои вопросы, я примерно знала, что он скажет. И обнаружив ответ, была очень довольна. Но потом мне все же пришлось отправить второе письмо, где я во всем созналась и спросила, можно ли мне немного использовать Арне в своей книге. И он написал: «Да, конечно».

– Если внимательно читать Вашу книжку, то у Вас такой неплохой списочек детской литературы подбирается. Это сделано намеренно?

– Не совсем. Я упоминаю писателей, которых сама очень люблю, для достоверности. Чтобы, читая, вы думали, будто с вами разговаривает настоящая двенадцатилетняя девочка, обожающая интересные книжки.

– А как Вам в голову пришла идея включить в повествование дневник, анкету и другие девчачьи штуки?

– Изначально я занималась только иллюстрациями, рисовала книжки-картинки для самых маленьких. Но когда решила написать этот роман, мне захотелось придумать такую форму, чтобы и текст (сначала я просто записывала забавные случае) и картинки смотрелись органично, мне самой с детства нравились книжки с кучей прикольных иллюстраций. К тому же в Норвегии у всех школьников есть дневники, где друзья могут оставить свои пожелания, передать привет, что-нибудь нарисовать. И эта книга издана именно в таком формате. Взрослым норвежцам она напоминает о детстве.

– Еще мне кажется, что именно из-за дневника Ваша книжка получилась девчачьей, хоть и была в итоге номинирована на премию «Книга для всех». Не всякий мальчик возьмется за роман про девчонку… Что Вы об этом думаете?

– Отчасти вы правы. Иногда мальчишки действительно говорят: «Фу, я не буду читать такое». Но когда я езжу по школам и знакомлю детей с отрывками, часто вижу, как многие мальчики интересуются тем, что же будет дальше. И мне очень важно рассказать им, почему эта книга стоит их внимания. К тому же я специально сделала главной героиней девочку. Сегодня слишком много романов о мальчиках, и их авторы хорошо знают, что на таких книгах проще всего подзаработать. Да и моя героиня – не типичная гламурная девочка, наоборот, она постоянно ищет и находит приключения на свою голову.

– Не так давно в России вышла книга Хосе Тассиеса «Украденные имена», посвященная насилию в школе. Как Вы относитесь к тому, что болезненные для детей темы сегодня обсуждаются открыто?

– Такие книги очень нужны. Важно показывать детям, какие они на самом деле. Ведь и моя Ода не всегда бывает хорошей, она тоже не слушается и порой поступает дурно, как и ее друзья. И мне важно донести до детей, которые будут читать роман, что так делать нельзя.

– А на чем мы расстанемся с Одой? Или это писательская тайна?

– В переведенной книге события происходят зимой, недавно в Норвегии вышел роман, рассказывающий о весне в жизни Оды. И у меня появился план описать целый год, то есть сочинить еще две части. Но, честно говоря, я сама толком не знаю, каков будет финал. Конечно, у меня есть одна идея, но проблема в том, что, когда я сажусь за стол, намеченная линия может моментально улетучиться и повествование изменится. Поэтому не факт, что все закончится так, как я придумала. Вообще, когда я езжу по школам, дети, как и вы, меня постоянно спрашивают о финале. Только им почему-то хочется, чтобы Ода наконец с кем-нибудь поцеловалась. Для них это самое важное. Один десятилетний мальчик даже подошел ко мне и попросил, чтобы Ода обязательно поцеловалась по-взрослому. «Но как же?! – воскликнула я. – Оде всего двенадцать!» Но если серьезно, мне бы хотелось оставить Оду даже в финале ребенком, чтобы с ней как можно дольше не происходили всякие взрослые вещи. Сегодня дети очень быстро растут, кроме того, им постоянно хочется быть взрослее, носить туфли на каблуках, краситься, покупать машины. А мне очень хочется показать им: нет ничего дурного в том, чтобы быть ребенком.