— Скажите, а с чего началось Ваше писательство, что послужило первым импульсом?

— Моя первая книга «Одиночество в сети» вышла шесть лет назад. До этого я всю жизнь занимался наукой и писал сугубо научные тексты. После защиты докторской диссертации в жизни наступил переломный период. В свой научный труд я вложил массу усилий, проделал колоссальную работу, в итоге получил всего лишь пятнадцать минут успеха. Наступило страшное опустошение. В психологии для такого состояния даже есть особый термин: «период грусти»; кроме того, я понял, что пишу без конца о том, что знаю, но совсем не пишу о том, что чувствую. Так начало рождаться «Одиночество». Я не планировал издавать книгу, но все же она вышла.

— Как Вы сами оцениваете сборник «Любовница»?

— Конечно, я понимаю, что если бы «Одиночество в сети» не принесло мне такой популярности, то никто бы не позволил писателю-химику опубликовать его новое сочинение. Из семи написанных мною книг я отдаю предпочтение именно этому сборнику новелл — говорю искренне, без кокетства. Все истории имеют те или иные прототипы. Это очень женственная книга. Но в то же время я считаю: прежде всего ее должны прочесть мужчины. Сам я для того, чтобы написать ее, три часа расспрашивал врача-гинеколога. Потому что осознавал свою ответственность и хотел с точностью преподнести женскую натуру на бумаге.

— Януш, Вы бывали в России прежде?

— Нет, в Россию я приехал впервые.

— Что Вам больше всего запомнилось?

— Мне очень понравился мой первый день в Москве. Запомнились люди. Особенно было приятно то, что они милые и гостеприимные. Но мне показалось, что москвичи, как и жители Бангкока, все время очень заняты.

— Чем русские читатели отличаются от польских?

— Я не думаю, что они сильно отличаются. Дело в другом: как это ни странно, моя родная Польша и Россия — две самые читающие страны. И мне приятно, что они обе читают одинаково много.

— Какой писатель сегодня популярен в Польше?

— Сложно сказать, вокруг очень много книг. Но, думаю, популярнее всех, наверное, я (смеется).

— Какие писатели на Вас повлияли?

— Есть два писателя, которые не просто меня поразили, но по сей день заставляют возвращаться к их творчеству. Один из них — Эрих Мария Ремарк, его произведения действительно ошеломили меня. Другой — Михаил Булгаков с романом «Мастер и Маргарита».

— Что Вам больше всего нравится у Ремарка?

— «Ночь в Лиссабоне», «Триумфальная арка» и еще я люблю роман «На западном фронте без перемен».

— Кого из русских писателей Вы еще читали?

— Вам, наверное, покажется странным, но мне очень нравится Максим Горький. Я знаю, что это необычно, многие люди не любят этого писателя. Конечно, Достоевского я считаю гением. С русской современной литературой я не так хорошо знаком, поэтому назвать каких-то имен не могу. У меня, к сожалению, недостаточно времени для того, чтобы читать все. Но вообще, я знаю, что русские — это хорошо образованная, много пишущая и читающая нация.

— Скажите, а Вы не планируете бросить науку и уйти в литературу насовсем?

— Многие люди хотели бы, чтобы я так и сделал. Особенно в Польше мне часто говорят: ты должен бросить эту чертову химию, ты должен писать книги, это куда важнее. Но я люблю науку. И мне трудно принять такое решение. Конечно, иногда я мечтаю о том, что уеду на Майорку и проведу свои оставшиеся годы за написанием книг. Но в то же время я знаю, что даже через год отсутствия я пропущу много важного в науке и уже не смогу вернуться.

— В России все говорят о кризисе чтения, а в Польше существует такая проблема?

— Да. Здесь уместно говорить о такой же проблеме. Но ведь каждый год пишется, печатается и покупается все больше книг. И на ярмарку во Франкфурт-на-Майне, самую крупную книжную ярмарку, с каждым годом приезжает все больше писателей, издателей и читателей, в том числе и из Польши.

— Как Вы относитесь к тому, что книга в бумажном виде перестанет быть актуальной?

— Такого никогда не случится. Потому что многие просто хотят чувствовать запах книги, касаться ее страниц — это особые ощущения, которые не возникают, когда ты читаешь электронный текст.