20 лет назад в издательстве ЭКСМО вышел первый детектив Татьяны Устиновой «Мой личный враг». Этому предшествовало стечение самых неожиданных обстоятельств, как это обычно и бывает, когда происходит нечто судьбоносное. По признанию писательницы, сама она и не вспомнила бы про юбилей – он стал для неё полной неожиданностью. Однако круглая дата — хороший повод оценить результат прожитых десятилетий. Он впечатляет! Татьяна входит в пятёрку самых популярных авторов, работающих в жанре детектива, тиражи её книг в России (стабильно – миллион в год) превзошли тиражи таких классиков, как Агата Кристи и Конан Дойль, и почти все 47 её романов экранизированы!

— В эти юбилейные дни вышел ваш новый роман «Серьга Артемиды». Его главной героине (противная, однако, девчонка!) всего 17 лет. Татьяна, ваши персонажи всё молодеют и молодеют!

— (Смеётся.) У меня, видите ли, дети подросли. Мне страшно интересно наблюдать за ними и их компаниями и потом вот что-то такое писать про молодых. Но в этом романе помимо действительно противной юной Насти есть и люди постарше. Настя поступает в театральный институт, потому что считает себя, конечно, неземной красавицей, а никто из родственников не заработал нужных для её грандиозного будущего связей, что, понятно, выводит Настю из себя. Вообще бедной девочке никто-никто не помогает жить! Мать и бабка её решительно не понимают, поскольку они же очень старые – матери 40 лет, а бабке вообще никто не знает сколько, может быть, все 60! В общем, вся эта история задумывалась ещё и как история непростых взаимоотношений трёх поколений. 

— Новая книга выпущена в двух обложках. Одна, скажем так, традиционная, узнаваемая для тех, кто читает ваши романы все эти 20 лет, другая рассчитана на молодёжь. Издательство провело исследование, которое показало: молодые, те, кому меньше тридцати, тоже читают Устинову. А вы сами это чувствуете? 

— В последнее время после большого перерыва, связанного с личными обстоятельствами, я снова встречаюсь с читателями. Такие мероприятия уже прошли в Риге, в Питере, в Москве. Вот на будущей неделе полечу в Минск…  И на одной из этих встреч я наблюдаю такую картину: стоит большая очередь за автографами, в том числе молодые парни. В той прошлой жизни, когда я встречалась с читателями, всегда происходило примерно одно и то же: подходили молодые и просили подписать книжку «моей бабушке Клавдии Васильевне». И тут у меня сомнений не возникло, что будет так же. А парень книгу протягивает и говорит: «Подпишите Сергею». Я: «Вашу бабушку зовут Сергей?» Он на меня смотрит: «Почему бабушку? Это меня так зовут». Я поспешила извиниться – понятно, что он моего юмора не понял (смеётся). И вот такие случаи, уже не единичные, когда автограф просят люди до 30 лет, они для меня внове. Похоже, действительно наметилась тенденция. 

— Вашим сыновьям – 28 лет и 19 лет.  Открыли они для вас что-то интересное в литературе, в музыке? И читают ли они ваши книги?

Они много чего мне открыли. Открыли американского писателя Лавкрафта, если говорить о литературе, группу Green Day, если говорить о музыке. И вот сейчас… его имя не произнесу ни за что на свете… они мне открыли очень модного китайца, который пишет фантастику. И я теперь, вслед за сыновьями, его тоже читаю и – вау, как круто!.. А что касается моих книг. Муж, например, их не читает. Мальчики – по-разному. Иногда читают. У нас в семье нет такого, чтобы я говорила: «Сынок! Вот книга – ты обязательно должен её прочесть!» Тем более я не говорю этого о своих романах.

— Как вы решаете, читать ту или иную книг или не читать?

Как выбирает книжку любой человек? Он выбирает то, что приходится по душе. Мы книжку открываем и читаем: здесь – полстраницы, там — полстраницы, и в конце полстраницы. И если легло – читаем целиком. Вот и я так книжки выбираю. Ну, если это, скажем, не Эразм Роттердамский или Денни Дидро, которых, мы понимаем, надо прочесть обязательно.

— В юности многие сочиняют стихи. Вы с них начинали?

Я начала писать, когда мне было 7 лет. Выводила крючочки и палочки – и неожиданно получилось слово «лиса». И я поняла: вот оно – счастье, теперь я могу написать всё что угодно. Могу придумать любой мир и в нем жить. С этого момента я забыла про все свои детские обиды, мне стало безразлично, что меня дразнят одноклассники. А я была высокая, толстая и в очках, у которых один глаз был заклеен, – как такую не обзывать? (Смеётся.) Сначала я действительно сочиняла стихи, потом, помню, какие-то истории – про лису, про одуванчик… 

— А какова история написания первого романа?

Он был написан оттого, что меня уволили с работы. Не потому что я плохо трудилась (я отвечала за связи с общественностью), просто было такое время – девяностые годы, когда многих увольняли. В той организации, в которой я работала, кончились деньги, меня вызвал начальник и сказал: «Без чего мы сейчас легко можем обойтись, так это без общественности и связей с ней. Иди домой». И я пошла домой. А потом мы с мужем увидели в газете «Аргументы и факты» объявление: «Принимаем рукописи на рецензию» — и номер телефона. Мы позвонили, нам сказали, что да, рукописи принимаем. Но когда я дописала роман, телефон, указанный в газете, перестал отвечать. А тогда, помните, были такие толстые телефонные справочники? На очень плохой бумаге — трудно было что-нибудь разобрать. Список издательств оказался гигантским, но номера телефонов практически не читались. Мы дошли до последнего издательства — на букву «Э», и там цифры ещё как-то можно было различить. Мы по этому номеру позвонили. Я всё время говорю «мы», потому что рядом всегда был муж. А ещё в этом вопросе меня очень поддержала сестра. Она сказала: «Таня, ты все время что-то пишешь, напиши уже роман и мы его куда-нибудь отнесем». Конечно, я на свой счёт не обольщалась: где я – и где писательский мир? Писатель – это Пастернак, написавший «Доктора Живаго», это Булгаков, написавший «Мастера и Маргариту». Они уже всё написали. И придут другие, которые напишут так же хорошо, а ты куда? Тем не менее, ЭКСМО мой роман издало, а редактор спросила: «Есть у вас что-нибудь ещё?» «Да!» – сказала я бодро. На самом деле ничего, конечно, не было (смеётся). Я побежала домой и начала ударно работать, буквально день и ночь… Вторую книгу я выдала месяца за два, кажется. С тех пор продолжаю писать, а ЭКСМО продолжает меня издавать.

— Почему пишите именно детективы? Вы же не подполковник МВД, как, скажем, Маринина?

Я очень люблю истории с тайнами. Мне нравится самой запутываться и читателей запутывать. Я считаю, что современная литература обязана быть увлекательной. Если писатель пишет нудно, скучно, немыслимо трудно и объясняет это тем, что он пишет высокую литературу, его надо отправить в мусорное ведро. Прошу прощения у писателей. Сейчас невозможно убедить аудиторию читать что-то нудное. Надо увлекать. И я считаю, что наличие тайны в романе – это увлекательно. При этом могу напомнить, что детектива как литературного жанра не существует. С литературоведческой точки зрения существует только жанр романа, а детектив – это просто характеристика романа. Но, на мой взгляд, всё, что происходит в жизни, всё, что происходит вокруг нас, всё вообще на свете – детектив. Начиная с «Преступления и наказания» и заканчивая политическими историями, о которых мы слышим каждый день. Поэтому я считаю, что мы живём в детективе. Или детектив живёт в нас. И это самое интересное, что может быть, то есть – тайны, тайны, тайны.  

— Интересно, представители правоохранительных органов читают ваши детективы?

О, сейчас расскажу историю, которая страшно мне нравится. Иногда ею хвастаюсь. Я была тогда, кажется, в Нижнем Новгороде. А у меня есть приятель. Серьезный человек. Он работает в таком боевом подразделении МВД и всё время пребывает в каких-то, как они это называют, командировках, по каким-то там боевым заданиям. И вот в Нижнем Новгороде у меня звонит телефон, я вижу, что это тот самый Сергей. А он мне звонит очень редко, чаще звоню я. И он мне: «Слушай, Устинова, как мне сейчас хочется колы со льдом!» Я-то в Нижнем, а он, ясный перец, где-то неизвестно где. «Слушай, — говорю, — какая кола со льдом?!» Дальше он говорит фразу, которая до сих пор греет мне душу: «Еду я сейчас, Устинова, на броне, и читаю я твой роман, и там герой пьет эту колу со льдом, а здесь такая жара! И я так хочу этой колы!» И вот эти слова – ну, прямо высшая для меня награда! (Смеётся.)

— Вы всегда знаете, чем закончится книга, которую пишете?

Не знаю никогда. То есть я, конечно, всегда кое-что знаю, всегда пишу многостраничный серьезный план. Который никогда не соблюдается. И обычно к середине романа становится ясно, что закончить так, как я задумала, не получится. Нужно писать как-то по-другому, все переворачивается с ног на голову, и я вынуждена подверстывать новых героев, подверстывать под них совершенно немыслимые какие-то обстоятельства, чтобы как-то роман завершить. Иногда вообще не к месту оказывается придуманный мной преступник, и становится непонятно, откуда он взялся. И это несмотря на то, что редактор мой, плача по ночам, старается эту ситуацию выправить. Меня же интересует не столько, кто убил старушку, сколько, как это все произошло, что случилось, что для моих героев важно, что для них интересно. И подчас все поворачивается не так, как я себе представляла. Бывает даже, что финал получается ровно противоположным.

— Роман после того, как написан, долго держит? 

Бывает и месяц, и два проходят – а я всё еще там, я ещё думаю, что вот эту мысль можно вложить в голову тому или иному персонажу, хотя уже что-то вкладывать поздно. А бывает, что книга быстро отпускает. По-разному!

— Только что вышла ещё одна книга — судебный детектив «ДНК гения», написанная вами в соавторстве с Павлом Астаховым. Вы ведь сотрудничали и раньше?

Да, мы начинали такую работу 10 лет назад, у нас тогда вышло две книжки. Потом разошлись в разные стороны, потому что Павел перешёл на государственную службу, а это абсолютно исключало возможность встречаться и обсуждать тексты. Но обстоятельства изменились, и сейчас издатели наши прикинули, что такое сотрудничество вполне можно возродить. Чем мы сейчас и заняты. Это, конечно, другая совсем работа, другая тема, совершенно другой социальный срез – это на злобу дня. И мы придумываем специально такие сюжеты, которые были бы интересны именно сейчас. Надеюсь, наше сотрудничество с Павлом продолжится.

— Есть ещё одна хорошая новость. Особенно для тех, кто любит не только ваши романы, но и вашу передачу «Мой герой» на телеканале ТВ Центр. По ней готовится книга?

Действительно задуман такой не художественный проект – по «Моему герою». Хочу поделиться с читателями своими беседами с замечательными талантливыми людьми, которые приходят ко мне в студию. Некоторые из них произвели на меня впечатление совершено неизгладимое. Например, актер Никита Кукушкин. 

— А когда ждать новый детектив?

По нашим с издательством планам — весной. Он сейчас пишется. С названием пока не определились. Одно могу сказать: хочется, чтобы книга получилась такой… зажигательной (смеётся).

Интервью: Марина Бойкова

Фото: cultinfo.ru

Апрель 2020, №4