Одна из главных звезд современной мировой литературы, писательница Зэди Смит в эксклюзивном интервью рассказала о романе про Москву, над которым сейчас работает, о том, почему кнопочный телефон – это круто, а частные школы – зло.

– Ваш дебютный роман «Белые зубы» сразу стал бестселлером и получил восторженные отзывы критиков. В чем главная сложность, когда успех приходит сразу? Стали бы вы продолжать писать, если бы вашу первую книгу не встретили столь горячо?

– Быстрый взлет может стать проблемой: ожидания аудитории начинают довлеть над писателем. Однако даже если бы мой первый роман не был успешен, я бы продолжила писать. Когда я пишу, я переключаюсь в странный режим «туннельного зрения», как будто история уже лежит вся передо мной, как видеоигра, которую мне просто надо пройти до конца. Иногда я пишу эссе, статьи и забываю попросить гонорар за них. И это не потому что мне не нужны деньги, просто, когда я пишу, для меня ничего кроме текста не существует.

– Будучи публичным интеллектуалом, ощущаете ли вы какие-то обязательства перед обществом, давление этого статуса?

– Я бы не назвала себя публичным интеллектуалом. Та-Нахаси Коатс, Ноам Хомский – вот они – да, они публичные интеллектуалы. Я романист, автор эссе. Мне не нужно высказываться об актуальной повестке дня. Я полагаюсь на свое чутье, читаю те книги и смотрю те фильмы, что интересны именно мне, и живу своей собственной жизнью. Порой то, о чем я раздумываю, пересекается с «повесткой дня», потому что я такой же гражданин, как и все, и происходящее в обществе влияет и на меня. В эссе я спрашиваю: «Вы чувствуете то же самое?». Это вопрос, а не инструкция: «Чувствуйте то же самое!». Я просто раздумываю вслух, вот и все.

– Вы родились в Великобритании, но уже долгие годы, с тех пор как вас пригласили преподавать в Нью-Йоркском университете, живете в США. В чем главная разница в культуре этих двух стран?

– Сложная и бесконечная тема. Раньше я говорила, что Британия более прагматична, практична, менее склонна задумываться над экзистенциальными вопросами и строить воздушные замки на фундаменте из идеологии и исторической ностальгии. Я больше так не говорю.

– Что оказалось самым сложным и неожиданным в США?

– Одержимость личным выбором как основой общества. И продолжающееся расовое угнетение темнокожих. (Первое было удивительно, второе – нет, но принять это все равно сложно).

– Кем вы себя сейчас ощущаете? Британским писателем или, учитывая, как давно вы живете в США, американским писателем? Или, может быть, человеком мира?

– Я темнокожая британская писательница, житель Нью-Йорка. Мне не очень хочется как-то идентифицироваться, но если уж вы настаиваете, то я сказала бы так.

– Ваши романы по-настоящему мультикультурны, в них появляются герои самых разных национальностей, действие всегда разворачивается в нескольких странах. Но в ваших текстах никогда не было ни русских, ни советских людей. Появятся ли они?

– Забавно, что вы об этом спросили. Действие следующего моего романа будет разворачиваться в Москве. Жду не дождусь, когда же я наконец смогу им заняться. Это будет веселая книга. Подростком я изучала русский язык и в 1989 году побывала в России – это было очень странное время для живущих в Москве.

– Вы выросли в муниципальной квартире, ваши родители не принадлежали к высшему обществу и даже к среднему классу. Вы когда-нибудь чувствовали неловкость, смущение при общении с более состоятельными людьми? Повлияла ли бедность на вашу самооценку?

– Нет. Я думаю, что высшие классы должны гораздо больше тревожиться при общении с людьми со скромным доходом. Ведь они почти ничего о нас не знают, а мы – напротив, очень хорошо знакомы с их жизнью. Еще детьми мы читали книги и смотрели фильмы об их жизни, читали в СМИ статьи о них. Поступив в Кембридж, я не узнала ничего такого, что бы меня удивило. Но я всегда чувствую себя уютнее и спокойнее среди людей, выросших в тех же условиях, что и я.

– Вы невероятно амбициозны: поступили в Кембридж после муниципальной школы, еще студенткой начали писать роман (который сразу принес вам славу). Это результат воспитания? Как родители внушили вам такую веру в себя и готовность дерзать?

– Честно, не знаю. Все дети моей матери своевольны и сильны духом. По материнской линии мы происходим из ямайских маронов, беглых рабов, которые основали собственные города и воевали с англичанами. Мне нравится это объяснение.

– Могли бы вы, пожалуйста, разъяснить ваше отношение к образованию. С одной стороны, в «Белых зубах» вы довольно скептически отзываетесь о западной системе образования, а во «Времени свинга» мать главной героини считает, что только оно открывает путь наверх. Но диплом не приносит счастья девушке. Какую роль сыграло образование в вашей жизни?

– Знания – всё для меня, основа всего, что у меня есть. У меня очень твердые взгляды на всеобщее бесплатное образование: я убеждена, что это величайшее благо и залог социальной справедливости. Оно необходимо любому обществу. По-моему, частные школы – причина социального неравенства в Великобритании, и если бы это зависело от меня, они бы были закрыты. Образование может быть разным. Академические знания – не единственный путь раскрыть потенциал людей. Профессиональные навыки и другие формы знаний, распространенные в не-западных культурах, также очень важны и недооценены.

– Насколько сильно вы задумываетесь о читателе, когда пишете? Как вы его себе представляете? Насколько полезным окажется для него послание, заключенное в тексте?

– Конечно, я хочу порадовать читателей, но не в ущерб тому, что важно для меня. Я предполагаю, что они умны и терпеливы. Думаю о читателях как о музыкантах, читающих партитуру, играющих ее. Если бы вы задали этот вопрос композитору, то стало бы очевидно: автор и читатель неразделимы. Вы пишете музыкальное произведения для самовыражения, но без оркестра и аудитории вы не достигнете своей цели до конца.

– Сегодня много говорят о том, что цифровые товары и услуги – новый признак бедности. Когда-то мониторы были привилегией элиты, а сегодня возможность отказаться от них – символ статуса. Согласны ли вы с этой идеей? Какова роль он-лайна в вашей жизни?

– Согласна. Мой кнопочный телефон-раскладушка – для меня в каком-то смысле привилегия. Такая же, как возможность есть здоровую пищу и заниматься бегом. Но проблема, как мне кажется, шире. Я надеюсь, что нам удастся справиться с коммерческой слежкой, которая сейчас приобрела массовый характер. Необходимо регулирование работы компаний, которые используют технологию слежения в интернете, возможно, для этого в краткосрочной перспективе придется отказаться от мобильных телефонов. Телефоны на самом деле верхушка айсберга. Один мой друг говорит, что однажды мы будем скучать по тем временам, когда сожалели лишь о том, что девять часов в день пялились в айфон. Сбор данных о наших телах, домах, одежде, еде, приборах, начинается с виртуальной помощницы Alexa, но нигде не заканчивается, и в будущем это обернется настоящим кошмаром. Мой кнопочный телефон, если честно, отражает мое эгоистичное желание жить собственной жизнью и воспитывать детей с минимальным участием Марка Цукерберга и его компании. Я очень эгоистична. Я лучше буду защищать свою частную жизнь и свой дом, чем выступать повсюду, предостерегая людей, в каком кошмарном полусне мы проводим жизнь. Я восхищаюсь людьми, у которых есть на это энергия, но я не одна из них.

Смит Зэди. Время свинга / пер. с англ. М. Немцова. – М.: Эксмо, 2018. – 480 с.

Смит Зэди. Время свинга / пер. с англ. М. Немцова. – М.: Эксмо, 2018. – 480 с.

 

– Мы живем в обществе, одержимом социальными сетями. Вы не ведете блог ни на одной из популярных площадок. Как вам удалось удержаться от этого искушения, ведь это сегодня почти обязательно для каждого известного человека?

– Никакого искушения! Честно говоря, я постоянно раздумываю, как бы мне сократить количество времени, которое я уже трачу на «жизнь в медиа». Мне нравятся мемы, я прикалываюсь с друзьями, высмеиваю знаменитостей, сплетничаю, говорю гадости и ругаюсь матом, шучу – просто все это я делаю по электронной почте с полудюжиной людей, которых я люблю и знаю всю свою жизнь.

– Какие романы на вас повлияли сильнее всего?

– Очень многие, все не перечислишь. Сильнее всех, я думаю, «Лев, колдунья и платяной шкаф» Клайва Стейплза Льюиса.

– А из русских писателей?

– В юности для меня очень много значили Толстой и Набоков. Набоков приучил меня презирать Достоевского. Досадная ошибка, которую я сейчас исправляю! Прямо сейчас читаю «Братьев Карамазовых». Мне потребовалось двадцать лет, чтобы понять разницу между прекрасным стилистом и мудрецом. В тексте Достоевского – мудрость.

– Литературе приходится жестко конкурировать с визуальными искусствами – кино и телесериалами. Как книгам перехватить внимание аудитории?

– Писатель должен концентрироваться на том, что могут делать только книги, – что-то вроде шепота на ухо. Этого не могут другие виды искусств. Не надо живописать закаты, камеры справляются с этим гораздо лучше.

– Сегодня многие женщины пытаются «иметь все» – и семью, и успешную карьеру, и слишком часто обнаруживают, что это, увы, все еще невозможно. Присутствует ли в вашей жизни подобный конфликт?

– Я счастливица – моя работа отлично сочетается с семейной жизнью, по крайней мере пока. Дети каждый день в школе с девяти утра до трех часов дня. Для писательства мне надо всего лишь четыре часа в день. В три часа я забираю детей и до пяти часов с ними занимается одна из моих бывших студенток. С тех пор, как у меня родились дети, я не написала ни строчки в выходные или летом. 9 лет! Я всегда с ними, мое физическое присутствие рядом – не проблема. Гораздо сложнее контролировать «включенность»: ты можешь быть на игровой площадке, но мыслями – за миллион миль отсюда. Это порождает чувство вины. Особенно часто так происходило, когда дети были маленькими. В течение трех лет мне помогала замечательная няня, австралийка Николь. Без ее помощи я бы не написала «Время свинга». Но мое время нянь закончилось.

Смит Зэди. Белые зубы / пер. с англ. М. Мельниченко, О. Качановой. – М.: Эксмо, 2018. – 576 с.

Смит Зэди. Белые зубы / пер. с англ. М. Мельниченко, О. Качановой. – М.: Эксмо, 2018. – 576 с.

Справка

Зэди Смит (род. в 1975) – автор романов «Белые зубы», «Собиратель автографов», «О красоте», «Время свинга». Дебютный роман Зэди Смит «Белые зубы» был назван «первой литературной сенсацией нового тысячелетия». Все ее романы стали бестселлерами, они удостоены нескольких премий, переведены на множество языков. Писательница – лауреат премии Сомерсета Моэма и премии «Орандж», входила в шорт-лист Букеровской и Пулитцеровской премий.

Сейчас «Эксмо» готовит к изданию ее роман NW, ранее не публиковавшийся на русском (переводчик Григорий Крылов). Книга выйдет в январе 2020. Также планирует выпустить ее новый сборник рассказов Grand Union.

Преподает литературу в Нью-Йоркском университете.

Замужем за сценаристом Ником Лэйрдом. Мать двоих детей.

Смит Зэди. О красоте / пер. с англ. О. Качановой, А. Власовой. – М.: Эксмо, 2018. – 512 с.

Смит Зэди. О красоте / пер. с англ. О. Качановой, А. Власовой. – М.: Эксмо, 2018. – 512 с.

Электронная версия материала, опубликованного в №9 журнала «Читаем вместе» за сентябрь 2019 года 

Интервью: Анна Бабяшкина

Фото: static01.nyt.com