Представляем отрывок из книги Михаила Марголиса «Редкая птица». Первая авторизованная биография Дианы Арбениной и «Ночных снайперов»

В 2018–2019 годах аншлаговыми стадионными шоу она отметила четвертьвековой юбилей своих «Ночных Снайперов» и фактически без паузы ринулась в интенсивный тур Thebest: от Испании до Австралии, от Прибалтики до Северного Кавказа и Дальнего Востока. 2020-й «снайперша» займет новым странствием в поддержку своего десятого студийного альбома «Невыносимая легкость бытия», изданного в день ее 45-летия. Такие площадки и масштабы среди наших рок-певиц подвластны только Арбениной и Земфире. Но когда последняя вновь захочет высказаться и захочет ли – вопрос. Студийных альбомов Земфира не выпускает уже семь лет, в концертные туры не ездит четыре года, две ее новые песни, появившееся в конце 2019-го, выглядят личным ответом кому-то близкому, и пока не факт, что они – предтеча новой пластинки. А Диана несется со скоростью «Сапсана», не озираясь ни на кого, кайфуя от собственной гиперэнергетики, востребованности и, кажется, обретенной постепенно независимости. Однажды она мне сказала: «Я живу как хочу. Выпускаю пластинки, книги, отмечаю свои даты. И ничего не делаю специально, не напрягаюсь. Вообще, у меня давно сложилось ощущение, что я могу в любой момент встать и уйти из музыки, без всякой стратегии, расчета, выгоды. Я всегда заработаю на еду себе и своим детям. Потому что у меня за спиной не озарения судьбы, когда вдруг просыпаешься знаменитым, а немалый путь, который включил в себя освоение многих суровых профессий, например работу в стройбригадах. И я тот опыт не забыла, что дает мне стойкость и определенный пофигизм».

Чулпан, бункер, последний патрон. Лето 2008-го «Ночные Снайперы» открыли «Акустическим романом» все в том же «доронинском» МХАТе. Диана читала фрагменты из «Дезертира сна», вытаскивала песни из каждого «снайперского» периода (юбилейный год все-таки) и добавляла к ним номера, напоминающие мелодекламацию. В Арбениной пламенел поэтический театр. Свою лепту в это состояние, наверное, добавляла и развивавшаяся дружба Дианы с Чулпан Хаматовой, и постепенно обретаемая ею, скажем так, душевная зрелость, за которой вскоре последовало материнство. Увертюра нового тысячелетия потихоньку завершалась, и я поинтересовался у Дианы, нашла ли она для себя в нулевых близких по духу писателей, музыкантов или осталась привержена тем, кого полюбила в юности? Она сказала: «В литературе я консерватор. Но не замшелый. Не то что “раньше все было лучше и сахар слаще”. Тем не менее в современной российской прозе, кроме Дмитрия Быкова и Михаила Шишкина, не назову больше никого, кто бы меня сильно заинтересовал, тем более потряс. В мировой – Милан Кундера. Он просто ошеломил, когда я стала в 2000-м читать его произведения, особенно “Бессмертие”. В поэзии для меня Бродский по-прежнему вне досягаемости».

…Год 2008-й был високосным, и Арбенина подытожила его мозаикой из 366 внежанровых историй и рисунков, составивших еще одну ее книгу – «Колыбельная по-снайперски». Рисовала Диана в то время много (поклонники даже стали ей дарить на концертах краски и холсты), а поскольку к любому своему творчеству, на мой взгляд, она относится почти со скрупулезностью архивариуса, ее художественным работам не грозило бессмысленное прозябание в темных шкафах и на антресолях. Они удачно проиллюстрировали «Колыбельную». Кстати, одну из ранних арбенинских картин «Жан Хасан» купили чуть ли не за 700 долларов на благотворительном аукционе. Почти одновременно с выходом книги, в том же декабре 2008-го, «Ночные Снайперы» первый и единственный раз сыграли сольник в Московском международном доме музыки. Концерт, завершавший «акустический сезон» группы и «подводящий итоги», назвали «Последний патрон». Такое словосочетание едва не стало пророческим. Вписаться в ММДМ столь же естественно, как в МХАТ на Тверском, у Дианы не получилось. Программу сыграли вроде бы от и до. Но глядя за действом из пятого ряда партера, я чувствовал арбенинскую нервозность и некоторую натужность всего происходящего. То, что на мхатовских подмостках и столичных клубных сценах звучало экспрессивно и порой импровизационно, в органном зале с бархатными креслами превратилось просто в набор концертных номеров. Было ощущение, что за долгий юбилейный год устали все – и лидер «НС», и ее музыканты. Неудивительно, что после «бисов» за кулисами «полыхнуло». «Не для нас этот зал, – объясняет Диана. – Слишком помпезный. Его в народе называют “сахарница”. И все у нас там как-то неправильно пошло. Сначала Дима Максимов выдал фортель. Представь, весь большой акустический тур он играл в нашей программе на контрабасе. И вдруг в Доме музыки, смотрю, стоит у сцены с бас-гитарой. Спросила: “Дима, а где контрабас?” – “Так я не умею на нем играть”. – “В смысле?” – “Ну тут же сегодня телесъемка, я комплексую. Бас-гитара – мой родной инструмент, а контрабас – нет”. – “Ты что?! А как мы исполним вот эту и вот ту песню?” В итоге он-таки вышел с контрабасом, сыграл в паре вещей, а потом опять оказался с бас-гитарой. Я, мягко говоря, сильно расстроилась прямо по ходу концерта. А тут еще администрация зала сделала замечание. Сколько я ни объясняла перед выступлением, что есть многолетняя традиция – на песне “Столица” публика запускает бумажные самолетики, мне отвечали: “Этого делать нельзя, у нас очень дорогой орган”. Словно такому инструменту во всю стену, висящему в глубине сцены, могут повредить маленькие бумажки. В общем, обстановка сложилась нервная. А характер у меня взрывной. В порыве гнева могу, скажем, стол перевернуть. И в данном случае свое раздражение я высказала “снайперским” музыкантам за кулисами. По сути, распустила группу. Реально подумала в тот момент, что по крайней мере год не буду играть. И улетела путешествовать вдоль побережья Южной Америки. Полтора месяца переживала ситуацию, а потом решила, что пора поработать по-человечески. Выяснилось, что расставаться иногда полезно, чтобы затем вновь собираться с другим настроением». О своих изменившихся планах Диана вдохновенно объявила весной 2009-го на «снайперском» сайте: «…Я вообще собиралась не играть в этом году, а прилетела в Латинскую Америку, села на пароход к Южному полюсу и вдруг поняла, что зверски хочу петь. Написала обойму новых песен, вернулась в Россию… И вот сегодня мы можем официально заявить о выпуске нового электрического альбома. Произойдет это 9 сентября, иными словами, 09.09.09. Впереди 101 день. Впереди всего лишь 101 день. Так много надо успеть! Впереди юбилейный концерт в МХТ им. Чехова. Огромная благодарность Олегу Табакову и администрации театра за смелость и оказанную честь. Впереди Красная площадь 12 июня, впереди летние концерты и новые песни, впереди американская часть работы над альбомом, впереди новые встречи, новая радость… Главное, дождаться, а я до сих пор, как и в семь лет, не умею ждать… Итак, начинаем обратный отсчет. Полетели!» Да, и 2009-й был для Арбениной юбилейным. Теперь уже в связи с личной датой – ей исполнилось 35 лет.

Все обещанное в своем «предполетном» анонсе на сайте «НС» она исполнила. Самым пронзительным и сакраментальным актом стал музыкальный моноспектакль «Мотофозо», поставленный для нее известным театральным режиссером Ниной Чусовой, с которой Диану познакомила, разумеется, Чулпан Хаматова. Звезда «Современника» сыграла у Чусовой и в нашумевшем спектакле «Мамапапасынсобака», и в «Грозе». Теперь Чулпан появилась в одном из самых трогательных эпизодов чусовской постановки «Мотофозо» (премьера состоялась в МХТ им. Чехова в день рождения Арбениной) как подруга Дианы и сооснователь благотворительного фонда «Подари жизнь». Она посвятила героине вечера кричащий одиночеством цветаевский стих «Что же мне делать, слепцу и пасынку…» и привела с собой маленькую, сражающуюся с суровой болезнью девочку Соню Пятницу, которая уверенно спела сложный текст песни «Южный полюс» из готовившегося к выпуску «снайперского» альбома «Армия2009». «Я влюблена. Это так же очевидно, как отсутствие света вчера вечером и град величиной с полпальца, заваливший сад. Я влюблена, и меня это начинает пугать…» – этими словами Диана встречала зрителей «Мотофозо» и в Москве, и в питерском мюзик-холле. Она пыталась изредка «прятаться» за картонной куклой с ее же лицом («мотофозо» – цирковой прием, когда человек изображает куклу), но быстро возвращалась к самой себе. У Арбениной получалась какая-то свойская, доверительная, автобиографическая откровенность без театрального заламывания рук, без апокалиптического минора, но с упругим драматизмом, подсвеченным потаенной радостью. Сразу подумалось, что такой спектакль точно не должен быть репертуарным и даже антрепризным. «Мотофозо» – проект для одного-двух показов, которые фиксируются на видео и уже не корректируются. Так и было. Через пару лет вышел DVD с записью этого спектакля, а его «либретто» можно найти в арбенинской книге «Тильда». К своему 35-летию Диана учредила и выпустила еще и «ежеквартальный, многостраничный, полноцветный, глянцевый» журнал «Гаврош», посвященный различным аспектам «снайперского» бытия. Привлекательное для самых истовых фанов «НС» издание продержалось около полутора лет. Вышло пять номеров, после чего «Гавроша» пришлось законсервировать.

Фото: Дамир Жукенов; Antoine Julien, unsplash.com