Сейчас довольно популярно движение «ёфикаторов» – защитников буквы Ë, которую якобы кто-то пытается выжить из нашего алфавита.

Ирина Левонтина, лингвист, к.ф.н., ведущий научный сотрудник сектора теоретической семантики Института русского языка им. В. В. Виноградова РАН

«Читаем вместе», январь-февраль 2021

На самом деле буква Ё, кроме нескольких лет в сталинские времена, никогда не была обязательной. Сейчас по правилам ее надо всегда использовать в учебниках для иностранцев и младших школьников, для смыслоразличения (все или всё) и еще в нескольких случаях. Впрочем, современные орфографисты склонны допускать и ее сплошное употребление – по желанию пишущего.
Противники выборочного использования Ë исходят из того, что люди пренебрегают точками только по небрежности и лени. Между тем, всё гораздо сложнее.
Аргументы ёфикаторов выглядят довольно слабыми.
Говорят, что без Ë люди ошибаются в произношении некоторых слов: например, не знают, что надо говорить свËкла, а не свеклА. Но ведь так можно сказать и что люди говорят звОнишь из-за того, что в слове не поставлено ударение. И что же – в каждом слове ставить ударение? Человек может не знать, как прочесть слово крем (со смягчением согласного или без него, как крэм) – но стоит ли требовать последовательного использования буквы э в словах, которые произносятся без смягчения? Есть и другие случаи, когда правильное чтение неочевидно. Поэтому нам и нужны не только орфографические, но и орфоэпические словари.
Говорят, что из-за необязательности использования Ë возникает путаница с документами: скажем, у человека по фамилии Королёв в одних документах над Ë стоят точки, а в других нет – и вот у него не признают диплом, и ему нужно ехать в Казахстан, где выдавшего диплом вуза уже не существует… Конечно, большая проблема. Но такие же проблемы возникнут, если в документах то Наталья, то Наталия, то Валерьевич, то Валериевич, то Катерина, то Екатерина и т. д. В Институт русского языка РАН постоянно приходят люди, попавшие в трудные ситуации из-за вариативности в написании имен. Точки над Ë – лишь один из таких случаев. Здесь не обязательность точек может помочь, а, как говорил булгаковский профессор Преображенский, «окончательная, фактическая бумажка» от властей, фиксирующая список наиболее типичных вариантов личных имен, включая написания с точками над Ë и без них, которые должны рассматриваться как допустимые варианты, не нарушающие тождества имени.
Кроме того, если бы использование буквы Ë было обязательным, нам бы пришлось расставить точки и в текстах 19 в. Но ведь там совсем не всё очевидно: Карамзин писал потËк, а у Пушкина в «Анчаре» рифмуются слова потЕк и человек. Как говорил академик В. В. Виноградов: «Мы не знаем, как поэты прошлого слышали свои стихи, имели ли они в виду формы с ё или с е». Насильственная «ёфикация» привела бы к искажениям. Подробнее об этом можно прочитать в работах Н. А. Еськовой – непревзойденного знатока проблем русской орфографии.
Есть и теоретические соображения против обязательности точек над Ë. Вообще-то поведение этой буквы не соответствует общему принципу русской орфографии. Она пишется только под ударением (кроме некоторых случаев, как, например, в заимствованиях типа сёгун). Ëлка, но еловый, то есть, мы отражаем на письме различие в произношении, зависящее от ударения. Такое типично для белорусской орфографии, а для русской – нет. Мы пишем дом и домА, хотя без ударения произносим дамА. Пишем одинаково – так, как произносится под ударением, поскольку ударная позиция – так называемая сильная, различительная. Точно так же мы пишем дуб, хотя произносим дуп, поскольку в сильной позиции перед гласным будет произноситься дубы. Если следовать единому принципу, тогда уж надо писать не только свËкла, но и свёкольник. Но это было бы очень непривычно, да и возникли бы новые проблемы, поскольку е то переходит в о, то не переходит, часто в одних и тех же корнях (это зависит от того, было ли там е или ять, но есть исключения, а также твердый или мягкий согласный идет потом, но и это непоследовательно, а также от стилистических подробностей – крЕстный ход, но крËстный отец). Как тогда писать еловый, если есть и ель, и ёлка?
В общем, особое положение буквы Ë – не результат злонамеренности орфографистов, а отражение того обстоятельства, что понадобилась эта буква для передачи фонетического явления, которое было поздним и непоследовательным. Так что в специфических правилах использования буквы Ë проявляется вовсе не пренебрежение к ней, а уважение к ее уникальности.

На фото: И.Б. Левонтина, лингвист, к.ф.н., ведущий научный сотрудник сектора теоретической семантики Института русского языка им. В. В. Виноградова РАН