Джонатан Свифт родился в Ирландии в 1667 году. Отец его, мелкий судебный чиновник, умер молодым. Мать, едва сводившая концы с концами, отдала сына кормилице-англичанке, с которой он до 6 лет жил в английском местечке «Мирная гавань», где научился читать и писать. При материальной поддержке дядюшки Свифт окончил лучшую в Ирландии школу в Килькенни и Дублинский университет. Жизнь будущего писателя, вопреки мнению некоторых свифтоведов о «тяжелом детстве», обусловившем его пресловутую мизантропию, ничем не отличалась от юности однокашников. Дружеские пирушки, флирт, упоенное чтение… Свифт прекрасно учился, товарищи уважали его за остроумие, независимый нрав. После университета был секретарем видного политика Уильяма Темпла. В 1695 году возведен в сан священника Англиканской церкви, назначен деканом (настоятелем) собора Св. Патрика в Дублине. У Свифта была возможность сделать блестящую светскую карьеру, но он выбрал священническое служение. Споры о религиозности Свифта не утихали столетиями. А чего тут спорить, если вся жизнь Свифта – это жизнь христианина? Будучи протестантским священником, он защищал интересы католического большинства Ирландии. Организовал кассу взаимопомощи для бедняков. На средства Свифта после его смерти был построен госпиталь для умалишенных – самая старая, действующая и по сей день психиатрическая клиника в Ирландии. Последняя горькая и трагическая насмешка Свифта: Англия – страна сумасшедших!.. Но настоящие сумасшедшие, по мысли писателя, не те, кто заключен в больницы, а лицемеры и подлецы всех мастей, разгуливающие на свободе и вершащие судьбы простых людей…

Отстаивая права низшего духовенства Ирландии, Свифт отправился в Лондон и там включился в бурную политическую жизнь. Его оружие – перо. В 1697-м написаны памфлеты «Битва книг» и «Сказка бочки». Это история трех братьев, делящих наследство отца. Пётр символизирует католичество, Джек – кальвинизм, Мартин – англиканство. Первым двум ветвям христианства как следует досталось от Свифта за искажение христианского учения (англиканство он не тронул, будучи священником этой церкви)…

В 1698 году английский парламент, чтобы устранить конкурента, принял закон о высоких пошлинах на вывоз шерстяных изделий из Ирландии, тем самым подорвав экономику страны. Свифт, который чувствовал себя более англичанином, чем ирландцем, и мечтал вырваться «из этой проклятой дыры», как называл он в письмах к друзьям Ирландию, принял сторону угнетаемых. В памфлете «Предложение о том, чтобы во всеобщее употребление вошли изделия ирландской мануфактуры…» он призвал к бойкоту английских товаров. Забитая страна начала обретать достоинство. Когда Англия позволила некоему Вуду чеканить мелкую монету для Ирландии с тем, чтобы подорвать ее экономику и лишить конкурентоспособности в торговле, Свифт разразился яростными и остроумнейшими «Письмами Суконщика». В них он призвал к бойкоту монеты Вуда. Ирландия вновь опасно забурлила, и власти были вынуждены отменить патент Вуда. А слава Свифта как защитника Ирландии упрочилась.

Ни одно произведение Свифта не было при жизни подписано его именем, но вся читающая Британия знала его неповторимый стиль. Так же было и с «Гулливером». Свифт, любитель мистификаций и розыгрышей, через друзей передал в издательство рукопись некоего доктора, Лемюэля Гулливера, о путешествиях «в некоторые отдаленные страны». В книге множество намеков на конкретных политических деятелей того времени, но человечество полюбило ее не за это. Свифт показал самую сущность природы человеческой, в каких бы фантастических декорациях она не выражалась. Тщеславие, невежество, равнодушие и жестокость, благородство и мудрость – эти вечные проявления человеческой натуры в книге Свифта явлены остро, мощно, с беспощадной откровенностью. «Гулливер» – единственное произведение, за которое Свифт получил гонорар (его выхлопотал друг, поэт Александр Попп). Он был абсолютно равнодушен к славе.

Личная жизнь Свифта была им скрыта от посторонних глаз. Сохранились глухие свидетельства современников, что он был тайно обвенчан с Эстер Джонсон, которую звал Стелла и которой писал из Лондона письма, такие искренние и нежные, что в них невозможно узнать яростного Свифта-памфлетиста. Но была еще одна женщина, любившая Свифта, – Эстер Ваномри, именованная им Ванесса. Отношения в этом треугольнике до сих пор волнуют почитателей творчества великого сатирика…

Всю жизнь Свифт страдал от приступов головокружения и глухоты. В последние пять лет они стали невыносимы. «Меньерова болезнь» была описана только в XIX веке, да и сейчас она полностью неизлечима. Помочь писателю не мог никто. Он мужественно противостоял страданиям и продолжал работать. В последние годы он стал терять память, но сохранил ясное сознание, хотя почти не говорил. Последнюю фразу он произнес в 1744 году: «Какой я глупец…». 19 октября 1745 года Джонатана Свифта не стало. Тысячи людей пришли проститься с тем, кого почитали своим защитником. Над его могилой в соборе Св. Патрика в Дублине выбиты слова великого писателя: «Здесь покоится тело Джонатана Свифта, декана этой кафедральной церкви, и суровое негодование уже не раздирает здесь его сердце. Пройди, путник, и подражай, если можешь, тому, кто ревностно боролся за дело мужественной свободы».