Начнем наши обыкновенные истории с чего-нибудь показательно малого и на первый взгляд малоинтересного. Например, с пуговицы.

Следуя по-своему безупречной логике Митрофанушки из бессмертной комедии Фонвизина «Недоросль», можно было бы сказать, что «пуговица» тоже имя прилагательное, ведь она просто «прилагается» к костюму. И в этом – весь ее смысл и все ее назначение. Но вот теперь «отложим» пуговицу от, например, пиджака, а проще говоря, оторвем ее. И посмотрим на нее как на «существительное», которое существует само по себе и имеет свою собственную историю. И тогда окажется, что нет ничего интереснее пуговицы.

Собственно сегодня мы воспринимаем пуговицу прежде всего как утилитарный предмет. Так же воспринималась она еще в начале XIX века, поскольку Владимир Даль в «Толковом словаре живого великорусского языка» дает ей следующее определение: «Пуговица – кружок или шарик, шляпка с ушком, пришиваемая к одежде для застежки на петлю».

Итак, пуговица – это прежде всего застежка. Этимология русского слова пуговица говорит примерно о том же. Согласно этимологическому словарю русского языка Фасмера это слово восходит к древнеиндийскому punjas, то есть «куча, ком, масса». Словари русского языка XIX века возводят слова пугвица (погвица), пугва, пуговина – то есть «круглое или шарообразное украшение; капли, брызги» – к церковно-славянскому пугва (погва) – «выпуклость, горбок, холмик». Получается, что слово это возникло из необходимости назвать утолщение, бугорок, выпуклость или шишку. Но чувствительное к русскому языку ухо может уловить определенное созвучие слов «пуговица» и «пугать», «пугало» и «пугач». Действительно, корень у них один и тот же. Некоторые исследователи считают, что это совпадение связано как раз с тем, что магическая, то есть охранительная и отпугивающая функция пуговицы у восточных славян долго оставалась ведущей.

Самому же слову «пуговица» предшествовало слово «пугалка», которое, согласно словарю Даля, долго сохранялось в некоторых русских диалектах. Пугалкой называли колокольчик, помещавшийся на воротнике или на специальной цепочке. Похоже, что именно на Руси магическая функция пуговицы долгое время оставалась основной.

Первые же застежки, напоминавшие пуговицы, появились примерно в III тысячелетии до нашей эры. На раскопках в Индии в Мохенджо-Даро (долина реки Инд) были найдены самые настоящие пуговицы с двумя или тремя дырочками для пришивания. Ученые датировали их 2800–2600 годом до нашей эры. То есть первым официально найденным пуговицам около пяти тысяч лет. Изредка встречаются пуговицы и в античных раскопках, подчас очень красивые: из терракоты, позолоченные и так далее. Широко использовали пуговицы в своей одежде и воины Древнего Рима. А предки нашей русской пуговицы известны по материалам археологических раскопок и датируются X веком.

Но вот незадача. Как бы ни были похожи на пуговицы эти древности, они не обязательно предназначались для застегивания одежды. Чаще всего древние одеяния были скроены таким образом, что не предполагали застегивания вообще. Вместо застегивания практиковали закалывание на булавку или фибулу.

Для чего же служили те предметы, которые мы считаем древними пуговицами? С одной стороны, пуговицы, найденные в различных раскопках, явно служили застежками. Так, униформа греческих воинов застегивалась спереди ремнями на несколько металлических пуговиц с ножками. Однако у них еще не было того, что делает пуговицу пуговицей в современном значении. У них не было петли. С другой стороны, среди археологических находок различных предметов древнегреческого быта с IV в. до н.э. по I в. н.э. попадаются пуговицы из золота, что говорит прежде всего об их декоративном значении.

Каменные пуговицы с дырочками датируются 1500 годом до н.э. Но, по всей видимости, лишь в XIV веке нашей эры появляется на одежде то, без чего пуговица не работает как застежка. Появляется петля. Возможно, первым, кто по достоинству оценил эту парочку пуговица–петля, были мастера по изготовлению доспехов – ведь благодаря накинутой на пуговицу петле можно было надежно смыкать полы рыцарского панциря. Начиная с XV века в Европе пуговица становится символом богатства и знатности. На изготовление пуговиц шли золото, серебро, кораллы, янтарь и жемчуга. При таком повороте событий количество пуговиц, естественно, далеко превышало практические нужды.

На Московской Руси пуговицы на одежде были также своеобразной «визитной карточкой» владельца. Их количество, форма, имевшиеся на них узоры и знаки могли поведать о положении человека, его заслугах, близости к власти. Причем знатные пуговицы часто украшались еще и кисточками. А в то время пуговица настолько возомнила о себе, что часто становилась самым дорогим аксессуаром одежды. Известен случай, когда стоимость шубы в два с половиной раза уступала стоимости помещенных на ней пуговиц.

С иерархическим возвышением пуговицы не осталась в тени и ее спутница – петля. Петли вышивали серебряным орнаментом, превращая в дополнительное средство украшения.

Сегодня петли и пуговицы часто теснят молнии и ленты-липучки, но это уже совсем другая история.