Иногда в жизни происходит нечто ужасное. Например, начинается война, и людей убивают. Или их наказывают, сажают в тюрьму, хотя они ничего плохого не делали. Забирают детей у родителей, отдают мальчиков и девочек чужим людям. Говорить об этом трудно и страшно. Тем не менее…
Виктория – по-семейному Витька – живет в Ленинграде, в коммунальной квартире, в большой комнате, с мамой и папой. То есть… уже не живет: книга начинается с того, что девочка оказывается перед опечатанной дверью своей комнаты. За мамой пришли какие-то люди – она сказала дочке, что это редакторы с ее работы, и ей нужно уехать с ними, просто в командировку, ничего страшного… Но почему-то соседи прячут глаза и не отвечают на вопросы. Девочка еще не знает, что и папа сегодня не вернется с работы – отбудет в ту же «командировку». Витьке предстоит провести несколько лет у добрых, к счастью, людей – у дальних родственников, у полузнакомых, которые ее «будут передавать и передавать друг другу… как ведро на пожаре», но все же уберегут ребенка от детдома, пока не вернется – чудом – мама. Потом начнется война. Витька окажется в эвакуации, мама умрет в больнице, папа вернется с фронта едва живым – и это опять будет неслыханное чудо, что он вообще вернулся и остался с дочерью… надолго ли? Конечно, нет: ведь он не станет оправдывать подлецов и осуждать тех, кто не сделал ничего дурного. Но теперь уже девочке будет понятно, что это за «командировки» такие и что случается с честными людьми, которые не хотят и не умеют мириться с несправедливостью. Во многом автобиографическая повесть Марьяны Козыревой «Девочка перед дверью», написанная в 1970-е годы, как и ее продолжение – «Синие горы на горизонте», в полном объеме и с исчерпывающим историческим комментарием представлены в серии «Как это было» Издательского дома «Самокат».
И Шурка тоже живет в Ленинграде, в коммуналке, с мамой и папой, сестрой Таней и братиком Бобкой. В одну из ночей из дома исчезает отец – «срочная командировка», говорит мама. А на следующее утро Шурка с Таней, выйдя из детской комнаты во «взрослую», видят, что пропали мама и Бобка… Что происходит? Отчего в комнате разбросаны все вещи? Зачем мама накануне жгла какие-то документы? Кто топал ночью в коридоре? И почему соседи не желают разговаривать с Таней и Шуркой, захлопывают свои двери и как будто сердятся? Шурка случайно услышал, как одна из соседок сказала другой, будто его папу «увез черный ворон». Что ж, значит, надо найти этого ворона – пусть он вернет тех, кого увез! Шурка и Таня бродят по городу, теряют и находят друг друга, разговаривают с птицами и разными людьми – кто-то пытается помочь им, кто-то их просто-напросто не замечает, а кто-то преследует, как врагов! Шурка даже попадает в детдом, где всех новеньких называют странными, уродливыми именами: Вилор, Тракторина, Сталюд… И тогда мальчик понимает: тот Ворон нарочно разлучает родителей с детьми, чтоб одних погубить, а других забрать себе. «Дети Ворона» – первая часть заявленной пятичастной эпопеи «Ленинградские сказки»; Юлия Яковлева пишет ее по воспоминаниям и архивам своей семьи, а издателем выступает тот же «Самокат».
А Томас Врей живет в Амстердаме: мама его год назад умерла от инфекции, так что мальчик – «полусирота». Его папа – «неловкий и застенчивый человек из художественного мира», как выражается Пит Зван, или просто «чудик», как говорит сам Томас. Врей-старший пишет книги, которых никто не печатает, но дело не в этом. Как говорит тот же Пит Зван, «чтобы написать книгу, надо много всего повидать и пережить». Кстати, Томас охотно читает детские повести, в которых «часто рассказывается о бедных деревенских детях: отец работает в поле или на фабрике, зарабатывает по четыре гульдена в месяц, а мама лежит при смерти». Мальчик ухитряется проливать над ними слезы, абсолютно не соотнося подобные книжки с собственным жизненным опытом. А ведь, казалось бы, и Томас, и его друг сами кое-что повидали и пережили: ведь только два года, как закончилась война. Голландия, как принято говорить, сохраняла в ней нейтралитет, но это не значит, что война не нашла здесь своих жертв. Родители Звана были отправлены в концлагерь и там погибли; сам Пит остался в живых лишь потому, что отец спрятал мальчика у друзей на чердаке, где Пит и прожил до конца войны; потом его взяла к себе тетя – ее муж тоже погиб, потому что он тоже был еврей. Томас о таких вещах даже и не подозревал… Взрослые-то об этом знают, но… стараются забыть. Об этом не принято говорить вслух, тем более с детьми. А когда узнаешь такое – что-то в твоей жизни меняется, навсегда и бесповоротно. Возможно, Томас сам когда-нибудь напишет книгу; возможно, под названием «Зима, когда я вырос». Так, во всяком случае, называется повесть, автор которой – нидерландский писатель Петер ван Гестел. Книга эта тоже выпущена «Самокатом» – в серии «Лучшая новая книжка».
Обсуждать такие события тяжело и даже иногда опасно. Но знать и помнить, что происходило с твоей семьей, с твоей страной – это важно и нужно.

Мария Порядина