Франко Дзефирелли, поставивший такие фильмы, как «Ромео и Джульетта», «Иисус из Назарета», «Брат Солнце, сестра Луна», великий оперный режиссер, велик и слишком неоднозначен. Принять его целиком — в обличье утонченного эстета, знатока классики, глубоко верующего католика, консерватора и до известной степени политика — очень трудно. Многие его черты, многие обстоятельства жизни никак не совмещаются между собой — трудно поверить, что юный итальянский партизан, с трепетом ожидающий неизбежного разрушения родного города — Флоренции — в ходе боев между гитлеровцами и британскими войсками, и преуспевающий друг итальянского премьера Сильвио Берлускони, приятельствующий с российскими олигархами — один и тот же человек. Но Дзефирелли умудряется вмещать в себя сразу много миров…

Его книга соединяет несколько линий и, как ни странно, кино — далеко не самая главная из них. Дзефирелли много пишет о детстве и военной юности, очень много — о своих оперных спектаклях, постановка которых для него всегда была очень важна (и здесь он, в отличие от кино, легко шел на самые оригинальные решения, рискнув поставить «Аиду» почти в камерном исполнении), но все же главной для него темой становятся его духовные поиски. Как пишет Дзефирелли, «когда речь заходит о моих религиозных чувствах и поисках мистического, мне приходится слышать от друзей весьма ироничные замечания по поводу моего образа жизни… Но это не так. Моя личная жизнь такая, какая есть, но мои религиозные убеждения неизменны». Дзефирелли — прежде всего флорентиец, а флорентийцы сумели «примирить гуманизм античности и веру и предания христианства».

Не менее важно и то, о чем Дзефирелли не пишет — так, включившись с подачи Берлускони в борьбу с коммунизмом, который уже пал в России, но «грозил с легкостью воскреснуть» в Италии, и став сенатором от сицилийского города Катания, он так и не заметил там присутствия мафии. Победа в битве с левыми для него была куда важнее.