На самом деле «Маус», печатающийся с подзаголовком «Рассказ выжившего», – комикс легендарный. Его создатель Арт Шпигельман в 1992 году получил за него Пулитцеровскую премию. Этому графическому роману была посвящена отдельная выставка в Музее современного искусства в Нью-Йорке. Кроме того, работу Шпигельмана до сих пор изучают в западных школах и университетах. Она стала обязательной для всех образованных людей, желающих продемонстрировать окружающим свое владение темами Холокоста и нацизма.

Альбом основан на реальных событиях. Это подробный рассказ о биографии отца художника – польского еврея Владека Шпигельмана.

Но главная отличительная особенность комикса – иносказание. Евреи здесь изображены в образах мышей, нацисты – кошек, поляки – свиней, французы – лягушек и так далее. Подобный подход дал художнику возможность продемонстрировать глупость и недопустимость расового деления людей. Как насмешка выглядит и эпиграф к первой части (выдержка из очередной безумной речи Адольфа Гитлера): «Евреи, несомненно, раса, но не человеческая». Занимательны и некоторые визуальные метафоры. Так, стараясь спрятаться от нацистов, персонажи прикидываются поляками и надевают маски свиней…

Техника рисунка максимально примитивная. Черно-белые картинки позволяют читателю сконцентрироваться исключительно на сюжетной стороне вопроса. Сам рассказ перемежается множеством диалогов, связанных как с основной нитью сюжета, так и с второстепенными моментами.

Повествование двупланово. Впервые мы встречаем художника и его отца в Риго-Парке в Нью-Йорке в 1958 году. Молодой человек, приехавший навестить своих родственников (после смерти матери отец женился вторично), поясняет, что хотел бы не просто нарисовать комикс, но рассказать правдивую историю жизни своего родителя. Тот, немного посомневавшись, соглашается. И начинает свое повествование, обращаясь к событиям двадцатипятилетней давности. Однако это не совсем роман в романе, рассказчик намеренно то и дело возвращает читателя в наше время. Но и истории уделяется немало места.

В пору беззаботной юности, когда Владек еще был хорош собой и любим женщинами, он жил в Польше. Нацисты тогда еще не пришли к власти, и его стране ничего не угрожало. Да и мир в целом даже не подозревал, с какими ужасами и трагедиями ему придется столкнуться в ближайшие два-три года.

Еще до начала войны Владек познакомился с Анной (матерью автора-повествователя), она была дочерью миллионера-фабриканта и далеко не писаная красавица. Однако, по словам Владека, из тех женщин, с которыми «раз-два поговоришь, и любишь ее больше и больше». Она родила ему первенца (сыновья так никогда и не встретились, потому что старший брат погиб во время войны).

Однако беззаботная жизнь быстро закончилось. Владека призвали в армию. А дальше началось все то, что мы знаем по историческим книгам и фильмам. Массовое истребление людей, названное Холокостом.

Но нужно отдать должное Шпигельману: он концентрируется не только на бесчеловечной жестокости, а описывает жизнь, вполне понятную каждому человеку, полную надежд и лучших ожиданий. Даже в военное время его герои стараются отыскивать что-то положительное. Бесспорно, они живут в непрерывном страхе. Ведь гонения на евреев захватили всю Европу. Однако герои решаются на побег из Польши. Немало им приходится вытерпеть.

Особенно поражает то двуличие в обществе, которое царит во времена Гитлера. Кажется, большинство людей попросту утратило свое человеческое лицо, нападая на беззащитных средь бела дня с криками о жидах. В этом смысле порой и поведение Владека, облаченного в свиную маску, тоже оставляет желать лучшего. Хотя и его можно понять – отпуская шуточки про евреев, он пытается обезопасить себя и свою семью.

Но порой героям везет, далеко не все разделяют политику нацистов. Многие считают, что любой уважающий себя человек должен помогать тем, кто попал в беду.

Впрочем, итог все равно печален: «Мы прошли рынок, где всегда покупали поесть, мы прошли улицу, где жили, и мы пришли к тюрьме. И туда нас посадили». Разумеется, герои были в ужасе, особенно когда их погрузили в машину и куда-то повезли: «Мы знали все истории… Что мы попадем в газ, а потом в печи. Был уже 1944-й… Мы знали все. И вот мы были здесь».

Собственно с этого момента и начинается вторая часть романа. Менее живописная и более тягостная. Заключенных разделили по половому принципу. Заставили раздеться, обрили наголо, каждому сделали номерную татуировку. С этого дня всех выживших ожидала тяжелая работа.

Однако и в лагере (а их было два) Владеку везет на хороших людей. Например, он знакомится со священником, который учит его не сдаваться и верить в лучшее. Да, Владек потерял Аню и совершенно не был уверен, что когда-нибудь еще увидит ее. Но отныне он старался выжить только для того, чтобы иметь хотя бы малейший шанс на встречу с ней… И судьба смилостивилась…

Стоит ли говорить о том, что выход романа (обе части печатались с некоторым временным промежутком, кстати, об этом тоже рассказывается в книге) породил грандиозную дискуссию. Никто даже не ожидал, что смешение стилей, истории и реальности в одном графическом романе вызовет такую бурю откликов не только в Америке, но и во многих других странах («Маус» переведен на 18 языков).