В детстве Филипа приобщил к серьезной музыке его отец – торговец пластинками из Балтимора. Помимо популярных шлягеров, Гласс-старший продавал сочинения Шостаковича, Стравинского, Бартока и никак не мог понять, почему их так редко спрашивают. Задумывался об этом и Филип, помогавший отцу в магазине.

Предки Гласса жили на западе Российской империи, в городах и местечках «черты оседлости». И с отцовской, и с материнской стороны в семье были музыканты, хотя и совсем незнаменитые. В детстве Филип выучился играть на флейте, позже освоил фортепиано. Он впитывал разные музыкальные влияния и впечатления: джаз, фолк, рок, венскую додекафонию, американский авангард, русский модернизм. Испытал огромное влияние традиционной индийской музыки. Он со студенческих лет много путешествовал. Подолгу жил в Париже (обучался технике игры у выдающегося педагога Нади Буланже), объездил экзотические страны, где вслушивался в непривычные мелодии. Постепенно все это переплавилось в собственную музыку, для которой исследователи так и не нашли четкого определения. Минимализм? Поставангард?.. Термины не играют роли, когда речь идет о художнике, само имя которого – культурный бренд.

В книге воспоминаний Гласс рассказывает о том, как шаг за шагом шел к своей музыке. Как подрабатывал грузчиком и таксистом – ведь музыкальным новаторам всегда живется непросто. Как формировался «Ансамбль Филипа Гласса» и проходили премьеры первых опер. Как из маленьких богемных клубов его музыка шагнула на престижные площадки Европы и Америки. Эта музыка, казавшаяся поначалу малопонятной, произвела сенсацию. Сегодня она звучит и в фильмах российского кинорежиссера Андрея Звягинцева. Сочинения Гласса стали современной классикой. О свой жизни и профессии композитор вспоминает без всякого пафоса и «звездного» величия, а так, будто запросто ведет разговор где-нибудь за столиком нью-йоркского кафе.

Купить бумажную книгу