С одной стороны, что может быть проще, роднее, уютнее дома. А с другой – загляни в любой – сплошные тайны, недомолвки, семейные секреты или просто какое-то непонятное пространство, которое тебе, пришлому, и жилым-то казаться не может. А вот люди тут не просто проживают, но приросли душой, что называется, пустили корни. Те, кому повезло, в своем жилище обитают десятилетиями, их рассказы полнятся легендами, семейными преданиями и забавными историями из жизней предыдущих поколений, непременно связанными с этим местом. И ты, человек сторонний, волей-неволей начинаешь примерять на себя возможность обитания здесь.

Думается, книга эта – очередной проект журнала «Сноб» – появилась именно для того, чтобы дать читателю возможность пофантазировать вволю. Подбор авторов примерно тот же, что и обычно, за исключением совсем уж юных и только делающих себе имя участников – их в этот раз не пригласили. Но главному редактору издания Сергею Николаевичу удалось залучить нескольких звезд. Тут и Людмила Петрушевская (участвующая чуть ли не в каждом снобовском проекте), и Татьяна Толстая (в последние годы малопишущий, и от того вызывающий больший интерес автор), и певица Диана Арбенина, с некоторых пор позиционирующая себя еще и как поэтесса, тоже взялись сочинить по тексту. Но есть и совсем неожиданные имена: Эдуарда Лимонова и Евгения Евтушенко, вообще неписательницы Ксении Собчак и эмигрантского автора Максима Д. Шраера. Отмеченный разными премиями Евгений Водолазкин, модный сочинитель Андрей Аствацатуров, давно проживающий в Москве сибиряк Валерий Попов, писательница Маргарита Хемлин, достаточно неровный в своем творчестве Алексей Слаповский, известная Майя Кучерская, новый реалист Андрей Рубанов и отчего-то всеми любимый за свои неподъемные романы Александр Терехов, а также несколько других авторов приняли плодотворное участие в проекте. Итого сорок один сочинитель. Зато у Сергея Николаевича, очевидно, на правах хозяина в сборнике опубликовано сразу два текста. Предисловие и добротный журналистский рассказ о доме Коко Шанель (как бы Николаевич себя ни тешил, прозой это не назовешь). Однако в целом книга получилась неплохой.

«Когда я задумывал очередной номер “СНОБа”, – говорит Николаевич в предисловии, – а потом и эту книгу, меня в меньшей степени интересовали стены и интерьеры, а больше люди, судьбы, обстоятельства, отношения с Домом, которые невозможно решить только путем обмена, или разъезда, или даже покупки вожделенных квадратных метров. Выбор своего Дома – это как брак, который совершается на небесах. Или не совершается, и тогда получается тягомотная история очередного развода». Собственно, поставленной цели редактор от своих авторов добился. Но и получил нечто гораздо большее.

Так, Татьяна Толстая описала совершенно волшебную (впрочем, полностью в ее стиле) историю приобретения дома в Принстоне, куда в один из колледжей ее пригласили преподавать писательское мастерство. Во владение ей досталось странное сооружение, больше похожее на ангар, с недостроенной террасой, но вполне уютным двориком, засаженным позапрошлой хозяйкой разными цветами. «Следы ее я находила повсюду на участке – а он был огромным. Я уже скоро знала, что она сажала на южной стороне, а что на восточной, что прятала под сосной – как те ландыши, – а что ей хотелось видеть у самого крыльца – чахленького нашего крыльца в три ступени. Когда настало пышное американское лето, я окончательно оценила ее замысел: огромная стена кустарника, высаженная по краю участка, поднялась и полностью закрыла нас от дороги, машин, выхлопов, звуков, чужих глаз». Но, как водится, романтика быстро кончилась, работа в колледже выматывала, да и ехать до него нужно было не меньше пяти часов два раза в неделю. Семья распалась, собственно никто из ее членов этот странный дом не полюбил так же, как героиня. И она задумалась, а не продать ли жилище.

Совсем о другом доме рассказал Андрей Аствацатуров. Речь идет о загородном дачном пространстве. Купленный дедом участок, ныне запущенный, как и сам дом, разоренный. После смерти владельца никому из родственников так и не пришло в голову сделать хотя бы мало-мальский ремонт, побросали все как есть и занялись своими делами. А маленький герой будто прорастает в его недрах. Бормочет только ему понятные слова (он очарован самим их повторением), раздражает взрослых, судя по всему, интеллигентных людей (ведь частым гостем их дачи давно стал дядя Витя Топоров, известный переводчик и критик).

Почти все тексты писаны о чем-то личном или задевающем за живое, наверное, поэтому даже неписательские истории выглядят вполне к месту. Так, рассказ Николаевича про Коко Шанель знакомит читателя с последними годами этой странной Мадмуазель («Она была совсем уж старушкой, прозрачно-хрупкой, на тоненьких ножках, с противным скрипучим голосом, похожим на звук плохо заточенной пилы, но попробуй-ка обратись к ней “madame” – испепелит. К тому же во Франции с этим строго. Они там воспитаны на Декарте: логика прежде всего. Если не замужем – значит, мадмуазель»). Да и дом у нее не простой. А модельный. Сама-то она жила в отеле «Риц», где только ночевала и коротала нелюбимые выходные…

В общем, для читателя здесь жилища на любой вкус. Бонусом прилагаются реальные фотографии.