Палач и жертва палачей – возможно, такая характеристика вполне подходит к Саддаму Хусейну после того, как петля, затянутая на шее иракского экс-диктатора, оборвала его жизнь в багдадской тюрьме незадолго до наступления 2007 года. Саддам – фигура крайне неоднозначная. Так же неоднозначно отношение к нему – от дикого обожания до лютой ненависти. Но многие ли знают, каким по-настоящему был Саддам Хусейн? Его бывшая любовница Парисула Лампсос, во всяком случае, имеет основания утверждать, что знала его весьма близко.

У Саддама Хусейна были законные жены, было и множество любовниц. Но Парисула была рядом с Саддамом три десятилетия, прежде чем смогла бежать из Ирака. «Тридцать пять лет Саддам Хусейн был частью моей жизни, – говорит она. – Я все время чувствовала его присутствие, зримое и незримое. Он всегда был неподалеку. Где бы я ни была и чем бы ни занималась, Саддам был в курсе. Он следовал за мной как тень». Как зловещая тень.

Сейчас она под чужим именем и под защитой спецслужб живет в Швеции. Ее имя стало достоянием широкой гласности в 2002 году, когда она выступила с интервью для американской телекомпании «Эй-би-си». В это время Ирак еще не был оккупирован американскими войсками, а Хусейн, казалось, прочно держался за власть. Парисула Лампсос много рассказывала тогда про иракского властелина – о его детях и двойниках, о будто бы имевшей место встрече Саддама с Усамой бен Ладеном, о косметических ухищрениях, к которым прибегал стареющий понемногу диктатор, о музыкальных, гастрономических и кинематографических его пристрастиях. Это выступление Парисулы наделало немало шуму. Потом она скажет: «Когда американское телевидение показало интервью со мной, кто-то из журналистов написал, что моя история словно взята из “Тысячи и одной ночи”. Другие обвиняли меня в том, что я слишком долго поддерживала отношения с кровавым диктатором. Кто-то назвал меня проституткой. Но для меня все это только слова».

Спустя время журналистка Лена Катарина Сванберг провела много часов, беседуя с Парисулой, вызывая ее на откровенность. Результатом этих разговоров стала эта книга.

Скандальные откровения багдадской гречанки из православной патриархальной семьи, в совсем юном возрасте попавшей в поле зрения будущего диктатора, воссоздают объемную картину Ирака.

История несчастий Парисулы началась в 1968 году. Любовь с взрослым властным мужчиной, к тому же мусульманином, да еще невысокого происхождения – для шестнадцатилетней незамужней девушки из приличной христианской семьи, причислявшей себя к элите Багдада, была чем-то невообразимым. Это было больше, чем скандал – это было преступление против семейной чести. И все-таки это случилось.

Странные это были отношения между Саддамом, который в конце 60-х семимильными шагами поднимался на гору политической власти, и симпатичной, мечтательной – и, похоже, по молодости глупенькой – гречанкой. Если верить Парисуле, поначалу она была очарована своим тайным «кавалером». «Теперь мне прекрасно известно, – делится сокровенными воспоминаниями немолодая уже г-жа Лампсос, – что помимо меня в постели Саддама побывали тысячи женщин. Но тогда я об этом не думала. Я была влюблена, и он доставлял мне такое наслаждение, какого я и представить не могла».

А потом любовную привязанность сменил страх. Женщина признается, что была с Саддамом, потому что боялась его. Боялась не только за себя, но и за своих близких: «Пойти против воли Саддама Хусейна было все равно, что добровольно расстаться с жизнью. Те люди, что отваживались ему противиться, исчезали бесследно. Кто знает, что с ними происходило…»

«Ты принадлежишь мне», – этими словами можно выразить отношение Саддама Хусейна к его женщине. Он называл ее «Шакра» – «Блондинка»…

Уйти из-под влияния Саддама было почти невозможно. Ни жизнь за границей, ни замужество за преуспевающим бизнесменом-армянином, ни рождение детей – ничего не помогло. Муж оказался разорен – его имущество иракские власти просто национализировали, самого его фактически выдворили из страны, а затем устроили развод с Парисулой. «Саддаму нравилось играть со мной в кошки-мышки», – говорит женщина.

Конечно, история, рассказанная Парисулой, это прежде всего ее личная история, история ее отношений с всемогущим иракским вождем. Но вписанная в более широкий политический контекст, она многое помогает понять. Порой рассказы женщины порождают сюрреалистическое ощущение. И действительно поневоле возникает вопрос: а не сказки ли это в духе осовремененных историй из «1001 ночи»?

Трудно сказать, насколько правдива Парисула. От таких откровений трудно ждать стопроцентной искренности. Но даже если половина из того, что рассказывает экс-любовница Саддама о диктаторе, правда, то картина жизни в баасистском Ираке выглядит жуткой. Исчезновение неугодных режиму людей, политические убийства, беспредел, творимый представителями правящего клана, отмороженные сыновья тирана, убивающие и насилующие направо и налево. Если все действительно так, то явно не стоит оплакивать участь Саддама Хусейна и его жестоких отпрысков. По делам вору и мука.