– Сергей Алексеевич, что послужило поводом к написанию книги о Маркесе?

–В 1980 году я учился на Кубе. В Культурном центре Гаваны в тот год открывался кинофестиваль, где Маркес возглавлял жюри. Я, начинающий журналист, под сильнейшим впечатлением от его романа «Сто лет одиночества», набрался наглости и, краснея и смущаясь, на ломаном испанском попросил уделить мне время для короткого интервью. Он выслушал меня, приобнял за плечи, но отказал, сославшись на то, что через сорок минут должен быть у Фиделя. «А вообще, – неожиданно сказал он, – лучше русских женщин нет никого на свете». Потом вспомнил, что первый раз приехал в Россию в 1957 году на Фестиваль молодежи и студентов. Кстати, его очерк «СССР. 22 400 000 километров и без единой рекламы кока-колы» пролежал не переведенным в спецхране Библиотеки иностранной литературы почти до наших дней, поскольку там упоминались Берия и Сталин.

–Это была Ваша единственная встреча?

– Нет, года четыре назад мы снова виделись в Гаване, куда я прилетел снимать фильм о Кубе. Маркес встречал там Новый год. Он вспомнил или, скорее, сделал вид, что вспомнил, как я просил у него интервью. И тут же стал подробно рассказывать, какую необыкновенную вещь ему подарили. В ходе рассказа стало понятно, что речь идет о компьютере. И самое удивительное, говорил Маркес, что текст можно стирать. Для него это было очень важно. Дело в том, что прежде, когда он писал ручкой и на странице появлялась помарка, он расценивал это как плохой знак, то есть что-то пошло не так, и такой лист немедленно отправлялся в помойку. На один рассказ у него уходило до пятисот страниц! А теперь, радостно сообщил писатель, я бумагу не выкидываю. Но этот компьютер изменил, по его признанию, и сам характер прозы – она стала более сухой.

И вот, перебирая свои старые записи, я подумал, почему бы не написать о Маркесе книгу, тем более что полноценной биографии писателя в нашей стране нет.

– Но почему в названии Вашей книги появились слова «диктаторы и блудницы»?

– Исследование природы власти диктатора, ее корни, возможности утверждения – это одна из самых главных тем латиноамериканской литературы периода бума, когда тиражи книг о диктаторах били все рекорды. Об этом писали лучшие романисты Латинской Америки, такие как Карпентьер и Борхес, Кортасар и Карлос Фуэнтос, Марио Варгас Льоса и, конечно, Маркес. Кстати, по собственному признанию писателя самым важным своим произведением он считает не «Сто лет одиночества», который вошел в двадцатку лучших романов всех времен и народов, а «Осень патриарха», где в центре повествования жизнь диктатора. Кстати, в 1957 году, находясь в СССР, Маркес несколько раз пытался прорваться в мавзолей на Красной площади, и только с третьей попытки перед самым отъездом из нашей страны ему это удалось. Позже писатель вспоминал, что особенно ему запомнились холеные руки Сталина, как он считал, больше женские, чем мужские (тогда еще Сталин находился в мавзолее рядом с Лениным) и потом, много лет спустя, Маркес описал эти руки в романе «Осень патриарха».

– А чем писателя привлекали блудницы?

– Во многих интервью Маркес неоднократно повторял, что самые лучшие его друзья – проститутки. Если проанализировать его произведения, то окажется, что положительных героев у него почти нет, а единственные положительные персонажи – блудницы. По его собственным признаниям, он даже не столько спал с ними, хотя и это случалось нередко, а просто дружил. В частности, когда начинал писать первые рассказы в одном из городков Колумбии, то жил в публичном доме, поскольку проживание там было довольно дешевым. Отношения с жрицами любви складывались так, что одна стирала ему рубашки, другая перепечатывала рукописи, будучи при этом совершенно обнаженной. За нее, кстати, клиенты платили дороже, так как она почиталась интеллектуалкой – работала голая за пишущей машинкой. Кроме всего прочего, творчество Маркеса часто перекликается со Священным Писанием. Многие истории развивают, обыгрываю именно библейские сюжеты. А в Библии одни из главных героинь – блудницы Мария Магдалина и Мария Египетская. Именно они несли положительное начало, спасали целые города.

– Как Вы считаете, Маркес – человек любвеобильный?

– Мне кажется, что да. Вот ситуация, связанная с его другом-врагом Марио Варгасом Льосой, написавшим «Историю одного богоубийства», которая, по моему мнению, до сего дня лучшая биография Маркеса. Эта книга написана равным по таланту перуанским писателем, как и Маркес, нобелевским лауреатом. Дело происходило в Мехико на премьере фильма по сценарию Льосы. Маркес идет, раскрыв объятия, навстречу лучшему другу и вдруг вместо объятия получает от него удар в лицо и падает. Все потрясены. Маркес далеко не силач, невысокого роста, никогда не дрался. А Льоса бывший офицер, занимался боксом и моложе лет на двенадцать. На следующий день все газеты вышли с изображением Маркеса, лицо которого украшал огромный фингал под глазом. С тех пор глубокое тридцатилетнее молчание разделяет этих людей. По некоторым близким к реальности сведениям, причиной конфликта послужила измена жены Льосы с Маркесом, или, по крайней мере, какие-то малопристойные намеки и разговоры, которые с ней вел Маркес.

– В книгах писателя заметное место занимает тема инцеста. Это тоже дань традиции?

– Что касается инцеста, то это обычная тема как в жизни, так и в латиноамериканской литературе. В романе «Сто лет одиночества» все на этом держится, но и разваливается, весь мир гибнет от кровосмешения близких родственников. Тот же Варгас Льоса в своей книге «Тетушка Хулия и писака» по существу рассказывает о своей жизни. Он действительно был женат на своей тетушке Хулии, а потом на своей двоюродной сестре, из-за которой и ударил Маркеса.

– Но в книге «Вспоминая моих грустных шлюх» нет инцеста и диктаторов, а есть желание 90-летнего старика овладеть юной девчонкой. У некоторых читателей эта история вызвала реакцию отторжения.

– Но юная девушка – это вовсе не вожделение дряхлого старика. Это мечта, это целомудренная юность, которая проходит практически через все творчество Маркеса. Не забудем, что своей жене Мерседес он в шутку сделал предложение, когда ей было 13 лет, а ему 18. Она приняла предложение, но женился он на ней лишь в тридцать. И все эти годы она его ждала. В финале романа «Сто лет одиночества», когда Ремедиос Прекрасная на простынях возносится на небеса, ей тоже 13 лет. А в книге «Вспоминая моих грустных шлюх», которую я называю поэмой, старик застает девушку всегда спящей, он влюбляется в нее, но никаких попыток овладеть ею не делает.

– Маркеса у нас в стране знают давно, его книги печатали, но никогда за их издание не платили. Изменилась ли ситуация сегодня?

– Я хочу всех нас поздравить: впервые в России легитимно, уважая авторские права писателя, выходят его книги. Прежде это был контрафакт чистой воды. Маркес очень ругался, обижался на нашу страну из-за этого. К его восьмидесятипятилетию, которое отмечается в марте нынешнего года, выходит несколько книг прозы писателя, а также неофициальная биография и его мемуары «Жить, чтобы рассказывать о жизни», где мне выпала честь быть переводчиком. О Маркесе в мире написано около ста книг, в России – это первая.

– Чем, на Ваш взгляд, был вызван такой огромный интереса к Маркесу в нашей стране, особенно обострившийся с выходом романа «Сто лет одиночества»?

– Любопытное наблюдение: как-то летом я отправился на дачу и на всем пути следования – на улице, в метро, в электричке, насчитал у людей в руках 66 книг с этим романом. Интерес был вызван многими вещами. Скажем, в стране, где тема секса была по сути под запретом, читатель вдруг обнаружил, что книга буквально пронизана им. Я помню, как отдельные куски мы вслух читали в армии. Оказалось также, что мы и латиноамериканцы во многом похожи. Многие реалии совпадали, начиная с диктатуры в недавней нашей истории. Мы читали как о себе. Это было откровением. Мне рассказывали, что один наш знаменитый поэт после прочтения романа выскочил под дождь, под грозу, стал плясать и Бог знает что вытворять – такова была пережитая им энергетика этой вещи. Потом он написал большую восторженную статью о своих ощущениях от романа. «Сто лет одиночества» было прорывом к свободе для нашего человека, потому что написан он был абсолютно свободным человеком. К этому надо добавить буйство фантазии, описание природы. Все это переворачивало душу.

– А нынешний молодой читатель так же воспринимает книги Маркеса?

– Скорее всего, нет, потому что мир изменился, а роль и значение литературы в нем – в первую очередь. Но когда одна из самых популярных в США телеведущих Опра Уинфри несколько лет назад в своем популярнейшем шоу с многомиллионной аудиторией показала «Сто лет одиночества», и сказала о том, какие книги надо читать, то буквально за одну ночь книга с 173 места в рейтинге продаж поднялась на первую строчку. С момента первой публикации прошло больше 30 лет, а книгу вновь читают молодые люди.

– Как бы Вы прокомментировали утверждение о том, что «Маркес чуть ли не с молодых ногтей находился в некой зависимости от своих партийных друзей-товарищей коммунистов»?

– Всю жизнь, начиная с 1940-х годов, он дружил с Фиделем Кастро. Маркеса и Хулио Кортасара связывают весьма загадочные отношения с Кубой, а значит, и с Советским Союзом. Не исключено, что его успех во многом спонсировала компартия. Все его статьи, интервью так или иначе работали на коммунизм. Правда, большим разочарованием для него стали события 1968 года, когда советские войска вошли а Чехословакию, потом в 1979 – в Афганистан. Он относился к этому и писал об этом резко отрицательно. Одновременно он сделал немало для освобождения политзаключенных на Кубе, обращаясь непосредственно к Фиделю. Мировая либеральная интеллигенция всегда обвиняла его в связях коммунистами. На Кубе мне многие говорили, что Фидель дает деньги Кортасару и Маркесу на промоушен. Он подарил Маркесу большой дом, встречал его всегда шумно и помпезно. Точно так же поступали и другие латиноамериканские диктаторы. Необходимо признать, что писатель сам очень любит власть и любит быть при власти.

Маркес приезжал в нашу страну не менее десяти раз. И когда он узнал о распаде Советского Союза, то очень переживал и заявил, что это самая большая трагедия в его жизни.

Его поступки иной раз отворачивали от него друзей. У него даже появилось прозвище – Габриель Гарсия Маркетинг. Это случилось после того, как он обещал своим друзьям опубликовать роман «Сто лет одиночества» в Колумбии, но неожиданно принял предложение крупнейшего аргентинского издательства, посулившее ему лучшие условия, и отдал право первой ночи Аргентине. Он всю жизнь делал себе имя, и в этом нет ничего плохого. Маркес – идеальный пример self-made man.

– Знает ли он, что о нем выходит книга в России, что здесь собираются отмечать его восьмидесятипятилетний юбилей?

– Сейчас Маркес живет со своей женой в Мексике и не общается с журналистами, лишь со своими литературными агентами. Я надеюсь, что ему сообщат о том, что в нашей стране его любят и помнят. В Москве готовятся большие презентации в книжных магазинах, пройдут различные мероприятия, в частности, вечера, посвященные творчеству великого колумбийца в Институте Сервантеса, в Центральном доме литераторов, на телевидении. Быть может, великий колумбиец еще примет новую Россию…