– Любите море?

– Люблю, но на самом деле так написалось. Просто «Музыка звездного света» (оригинальное название – «Город с видом на море») – первая часть дилогии. Главная героиня Тин живет в Петербурге. И море тут северное, холодное, а в «Лето пахнет солью» – южное, теплое, замечательное, и Тин – одна из многих отдыхающих. К тому же первую повесть я писала специально для «Эксмо», задача была придумать романтическую линию (особенность серии – взаимоотношения с мальчиками) и нормальную подростковую повесть, за которую мне бы не было стыдно. Думаю, у меня получилось. А вот сборник «Лето пахнет солью», состоящий из рассказов, мне предложили переработать в повесть. Я отказалась. В итоге книга вышла в «Самокате».

– Правда, что Вы еще и стихи пишете?

– Очень плохие (смеется). Хотя раньше думала, что у меня неплохо выходит, пока не послушала наших мэтров детской поэзии. Теперь точно знаю – стихи писать я не умею.

– Что такое хорошее детское стихотворение?

– То, которое поражает, запоминается. Вообще, сегодня прекрасных поэтов очень много. Одни пишут длинные сюжетные стихи, другие, например Галина Дядина, – лирические. Настя Орлова сочиняет замечательные стихи для малышей. А еще есть Наташа Волкова, Аня Игнатова, Юля Симбирская…

– А если говорить про рассказы, то какой самый интересный?

– Самый интересный тот, который увлекает и может что-то изменить в читателе. Согласитесь, хорошую книгу трудно отложить на завтра. Ее хочется дочитать сегодня. Но в то же время вам жаль, что она быстро заканчивается.

– У Вас готовится к выходу еще одна книга «Конец света». Как Вы сами определяете ее жанр? Это сказка?

– Я считаю, что «Конец света» – фантастический роман, а вот мои друзья сравнивают его с антиутопиями. Но лично мне кажется, там, наоборот, нарисован совершенно утопичный мир.

– В то же время он очень похож на компьютерную игрушку…

– Да, это так. Я геймер со стажем, около пяти лет играла в многопользовательскую компьютерную игру. Должно быть, отразилось на тексте.

– И все же, как пришла идея?

Поводом послужила необходимость написать текст для сборника. Мне тогда очень хотелось придумать рассказ об увлеченности, о том, как проходит этот страстный захватывающий период и что в итоге остается.

– А что остается потом?

– Грусть. Она всегда приходит на смену такому яркому времени.

– Перед тем, как писать крупные вещи, Вы долго работали над мелкими. У Вас много миниатюр, опубликованных в разных журналах…

– Да. И продолжаю их писать. Но особенно здорово они у меня получались, когда я работала библиотекарем в частной школе. Дети сами давали материал. Например, история про то, как девочка Маша ходит на перемене по коридору и кричит: «Дайте мне клей ПВА! Дайте мне клей ПВА! Дайте мне клей ПВА! И заклейте мне рот» – невыдуманная. У нас даже была игра: ребята произносили первое предложение, а я писала небольшой рассказ. А еще коротенькие истории отлично сочиняются в метро.

– Но все равно, сегодня Вы пишете их реже. Почему?

– Их публикуют в основном в журналах. И многие из моих миниатюр уже напечатали. А еще, похоже, у меня прошло очередное увлечение. Захотелось писать крупные вещи, и я на них переключилась. Но «Лето пахнет солью» состоит из рассказов. Также я продолжаю писать и для «Ералаша».

– А как Вы попали в проект?

– Для меня это была целая история. Однажды взяла книжку Александра Папченко, а там на обложке написано, что он автор сценариев к «Ералашу». Я подумала: «Круто, почему бы и мне не попробовать?». С тех пор начала сочинять небольшие сюжеты для себя. В итоге получилась подборка из 45 историй, ее я и отправила Борису Грачевскому. А ответ получила, когда совсем уж отчаялась ждать. И началось наше сотрудничество.

– Какую из своих книг считаете лучшей?

– Очень люблю «Город с видом на море», а вот книги «Лето пахнет солью» долго стеснялась. Написав, разослала друзьям, они не сразу ее прочли. И я начала волноваться, что текст не так уж и хорош.

– Вы сразу решили объединить истории в рассказах так, чтобы получилось целое лето? Каждую неделю на море, сменяя друг друга, приезжают новые дети…

– Да, так задумывалось изначально. Если вы заметили, книга закольцована рассказами об одной и той же девчонке: в первом – она приезжает на море, а в последнем – с грустью оставляет его. К тому же в рассказах намеренно пересекаются разные герои. Но вообще, я редко пишу по плану. И очень завидую тем, кто умеет это делать, например, Владиславу Крапивину. Часто я четко знаю начало и конец новой вещи, а середину придумываю.

– Из Ваших текстов складывается такое ощущение, будто детство для Вас – невероятно светлая и яркая пора… Вам чужды проблемные книжки?

– Нет, проблемная литература мне тоже близка. У меня есть серьезный рассказ «Аквариумные рыбки» о приемной девочке, считаю, что из него могла бы получиться прекрасная книжка-картинка. Есть еще рассказ «Закрытые двери», который, пожалуй, не до конца понятен мне самой… Но вообще детство – сложное время. Одна школа чего стоит.

– А современное засилье проблемных книг Вас не смущает?

– Мне кажется, подобные тексты были всегда. И они должны появляться. Наверное, каждому ребенку стоит прочитать «Я умею прыгать через лужи» Алана Маршалла. Просто чтобы научиться быть сильным. Хорошо, когда на проблемные темы пишут толково и не жалостливо. Например, книга Юлии Кузнецовой о шунтированной девочке «Выдуманный жучок» настоящая и живая. Дети всегда дети – даже если они лежат в больнице. Вспоминаются еще и «Изумрудные рыбки» Николая Назаркина – тоже прекрасная вещь.

– А детей нужно оберегать от проблемных книг?

– Нет, я считаю: ребенка от этого ограждать не нужно. Когда мама сыну запрещает читать какие-либо книжки, она не его пытается защитить, а саму себя. Иногда взрослым страшно говорить с детьми на определенные темы. Сама я до рождения ребенка считала, что книга Ульфа Нильсона и Эвы Эриксон «Самые добрые в мире», где дети хоронят всех мертвых жучков и животных, неоправданно подвергается критике. Но когда мой ребенок взял ее в руки, я испытала противоречивые чувства. Но книгу не отобрала. Однако некоторые взрослые не могут преодолеть в себе это родительское чувство. Ведь дети относятся к жизни иначе.

– Как?

– Они по-другому видят смерть и до определенного возраста считают себя вечными. У них своя логика, ведь они еще не скованы комплексами и условностями.

– Проблема чтения, так активно муссирующаяся в прессе, реальна? Или ее придумали в СМИ?

– Я всегда считала, что процент читающих детей во все времена был приблизительно одинаков. И раньше жили дети, которые вместо компьютерных игр увлекались футболом, а на книжки у них времени не оставалось. Хотя сегодня из-за Интернета читающее меньшинство действительно стало чуть меньше.

– А как увлечь ребенка книгой?

– Нет ничего дурного в том, чтобы дети на первых этапах читали детективы, например. Должен же человек втянуться в чтение, почувствовать его вкус. Сейчас многие родители не могут подобрать книги для своих детей только потому, что кроме Успенского, Носова и Драгунского никого не знают. А ведь у нас много замечательных детских писателей. Например, Тамара Михеева, Юлия Кузнецова, Станислав Востоков, Илга Понорницкая, Аня Анисимова, Оля Колпакова, Мария Ботева, Николай Назаркин…

– Вы сами из Петербурга. Расскажите о литературной ситуации там.

– В Петербурге много детских писателей. Елена Ракитина, автор книжки «Приключения новогодних игрушек» (нынче вышло продолжение «Страна новогодних игрушек»). Живет в Петербурге замечательный поэт и прозаик Аня Игнатова, она не только пишет прозу, но еще лепит из пластилина, и скоро появится ее пластилиновая азбука. Ирина Зартайская пишет отличные произведения, а ее книга «Все бабушки умеют летать» достучалась до многих сердец. Аня Ремез в соавторстве с Натальей Колотовой написали потрясающую книгу про Петербург «Стражи белых ночей». У нас с детскими писателями, не только питерскими, сложилась своя группа, мы стараемся держаться вместе

– Наша литература сегодня поделена по возрастам. А как определить, какую книжку можно дать 9-летнему ребенку, а какую еще рановато?

– В детстве мне никогда не «давали» книжек, которые я могла бы читать. Как-то выбирала сама, и сама определяла, подходит она мне по возрасту или нет. Если не подходила, было скучно читать, я откладывала ее в сторону. Мне кажется, нынешнее распределение по возрастам – большая ошибка. Многие родители обращают на маркировки внимание, и в результате какая-нибудь хорошая книжка проходит мимо ребенка. Странно опасаться, что ребенок возьмет больше, чем ему надо, или не поймет чего-то… И, пожалуй, хуже всего то, что такая маркировка больно бьет по небольшим издательствам.

– А кто после эры Гарри Поттера станет героем современных детей?

– Не исключено, им будет опять волшебный, сказочный персонаж. Если задуматься, то и Карлсон, и Гарри Поттер, и Муми-тролли – герои абсолютно выдуманные. Но, на мой взгляд, поиск нового героя – не цель. Зачем? Пусть просто будут очень хорошие книжки.

– Почему дети в определенный момент переключаются на жанровую литературу? Увлекаются фантастикой, ужастиками, детективами?

– Вкусы есть вкусы, с ними не поспоришь. Фантастику я считаю серьезной литературой. Да и ужастики ужастикам рознь… А книжки «на один день» просто читать, ими легко увлечься. Когда я была маленькая, зачем-то прочла собрание сочинений Агаты Кристи. Хотя я вообще-то была читающим ребенком.

– А что в детстве еще читали?

– Я научилась самостоятельно читать чуть ли не в три года. В детском саду меня сажали перед группой, и я всем читала. Правда, очень тихо. В детстве часто перечитывала «Карлсона», «Старика Хоттабыча». Очень любила «Приключения Альфонса Циттербаке» Герхарда Хольц-Баумерта и «Приключения Гомера Прайса» Роберта Маклосски.

– Как Вы работаете с художниками? Многие детские писатели жалуются на недопонимание…

– Считаю, что мне очень повезло с художницей, иллюстрировавшей «Лето пахнет солью», – Екатериной Горелик. Мне кажется, на иллюстраторов нельзя давить, они ведь тоже рисуют, как видят. И тут главное – свобода творчества. Но невероятная удача найти своего художника, который будет оформлять все твои книги; с ним можно приходить в издательство и говорить: только он будет иллюстрировать мои тексты. Яркий пример – книги Владислава Крапивина в оформлении Евгения Медведева и Евгении Стерлиговой. Но лично у меня пока такого иллюстратора нет.

– По Вашим рассказам снято несколько мультфильмов. «Черные дыры» и «Тайна пустой клетки» проекта «Везуха!», «Разъяснения» студии «ДА!»… Вам они нравятся?

– Мультипликация – совсем другой жанр. И желание углубить мультипликационный сюжет или немного переделать его – вопрос личного восприятия своего творчества, к анимации и ее законам подобное не имеет никакого отношения. Больше всего мне понравился мультфильм «Разъяснения», его сделали дети из хосписа, особенно здорово получилась озвучка.

– Писатели делятся на два отряда: для одних сочинять детские книги легко, просто и весело, а для других очень трудно. Вы себя к кому относите?

– Существует ошибочное мнение, будто писать для детей очень просто, потому что в основе этих текстов лежит незамысловатая детская психология. Но вы же понимаете, что все намного сложнее. Про себя скажу так: мне легко писать для детей, потому что не умею писать для взрослых. Но быть писателем в принципе тяжело. Потому что это серьезная работа, и если удается выдать хотя бы страницу в сутки – для меня уже победа.

– И последний вопрос. Назовите несколько книг, которые, по-вашему, стоит прочесть каждому современному ребенку.

– Вкусы всегда разные, сложно советовать что-то к обязательному прочтению. Но думается, всем детям дошкольного возраста будут интересны книги Джулии Дональдсон, вышедшие в издательстве «Машины творения», а подросткам понравится серия «Вот это книга!» издательства «Розовый жираф». Одна из самых мощных книг, прочитанных мною за последнее время – это «С кем бы побегать» Давида Гроссмана, она тоже из этой серии.