«Читаем вместе» провел опрос издателей о кризисе издательской отрасли.

Издательство «Фантом Пресс» с 1992 года выпускает зарубежную прозу самых разных направлений и жанров, и за это время открыло российскому читателю таких непохожих, но в равной степени замечательных писателей, как Мартин Эмис, Джонатан Коу, Аравинд Адига, Кэтрин Стокетт, Дэниел Мейсон, Халед Хоссейни, Фэнни Флэгг, Джон Бойн и другие. Но сейчас работа этого издательства, как и всех остальных, значительно затруднена. Мы задали вопросы директору издательства «Фантом Пресс» Алле Штейнман.

1. Ситуация на рынке стремительно меняется, и все время не в лучшую сторону. Сейчас из-за требований ЦБ ограничить авансы компаниям из-за рубежа, практически затормозилась ваша работа с иностранными издательствами и авторами? 27 марта Банк России ограничил авансовые платежи зарубежным юридическим и физическим лицам в 30% от суммы обязательств. Как вы решаете эту проблему, пишете ли письма в ЦБ? Какова реакция банкиров?

Алла Штейнман,  директор издательства «Фантом Пресс»:

— Да, мы, как и все сейчас в состоянии турбулентности. Сюрпризы вылезают постоянно. После приказа Банка России от 27 марта последовало уточнение, что ограничение на авансовые платежи касается сумм более 15000 долларов. Авансы за авторские права, как правило, ниже. Мы же традиционно любим покупать права на авторов неизвестных в России, так что, надеюсь, будем укладываться. Но, конечно, уже через день всё может опять поменяться. И снова в дурную сторону.

И все же, по части авторских прав мы чувствуем себя сейчас более-менее уверенно. Но у нас сейчас ситуация, когда не нужно продлевать заканчивающиеся контракты или заключать на новые книги наших авторов. Мы успели сделать это в предыдущие недели, агенты пошли навстречу и тоже проделали бумажную работу оперативно, хотя обычно это может затягиваться на месяц-другой. Что касается новых интересных книг, новых интересных авторов, то, конечно, мы продолжаем следить, запрашивать рукописи, читать. И если что попадается, откладываем про запас. Прямо сейчас и смысла нет покупать права на что-то совсем уж неведомое. Ну и кроме того, мы прикинули, что уже купленных и еще не изданных книг нам хватит достаточно надолго — сейчас у нас в работе на разной стадии более 50 книг. Для издательства, в обычное время выпускающего по 2-3 новых книги в месяц, это хороший запас.

2. Вы работаете с иностранными авторами, часть из которых отказалась сотрудничать с российскими издательствами (Стивен Кинг, Джоан Роулинг). Названные писатели – не ваши авторы, но тем не
менее, есть ли такие среди ваших авторов, и как вы решаете эту проблему?

А.Ш. С нами пока никто из авторов не отказался сотрудничать. Да, есть большие издательства, например Penguin Random House, которые поставили на паузу сотрудничество с российскими издателями, но это касается новых контрактов. Но есть и совсем другие примеры — агенты, с которыми у нас сложились дружеские отношения, поддержали нас и заверили, что будут и дальше работать с нами.

Тут опасность скорее кроется в финансово-банковском аспекте. Более того, некоторые агенты даже пошли на снижение аванса за права. Мне кажется, что в декларациях об отказе сотрудничества с российскими издательствами, больше работы на публику, чем искреннего желания отмежеваться от русского языка и российского читателя. Кроме того, аудитория нашего издательства — аудитория с повышенной эмпатией, поскольку именно такие книги мы и издаем. И некоторые агенты следили за нашими соцсетями, и у них есть достаточно хорошее представление и об издательстве, и об его аудитории. Все-таки, книги – это не нефть и не финансы, и в издательской среде дружеские отношения и симпатия значат много.

3. Как решаете возникающие проблемы с типографиями, как обстоят дела с бумагой? Меняете ли финскую бумагу на китайскую? Каково ее качество? Есть ли соответствующая вашим требованиям российская бумага. Насколько выросла стоимость бумаги и типографских услуг? Как часто типографии сейчас меняют тарифы?

— С типографиями сложности начались еще с осени 2021. Это было связано в первую очередь с резко  увеличившимися сроками издания книг и постоянным дефицитом бумаги. Так как мы традиционно печатали все наши книги на финской пухлой бумаге «классик», дефицит бумаги в прошлом году нас практически не коснулся. Правда, сроки печати изменились с 3-х недель до 3-х месяцев.
Но с 24.02.2022 добавились новые проблемы. Теперь невозможно приобрести нашу любимую финскую бумагу и, как следствие, необходимо переходить на российскую, выбор которой крайне скудный. Никакой китайской бумаги нам никто в типографии не предполагал. На бумажных комбинатах нет нормальных отбеливателей, поэтому бумага выглядит, мягко говоря, серой, даже скорбной.  В «Фантоме» всегда  уделялось огромное внимание не только высокому уровню текстов, качеству переводов, редактуры, корректуры, верстки и художественному оформлению, но и к полиграфическому качеству. Многие наши читатели всегда это отмечали. Сейчас ситуация кардинально изменилась. Если мы хотим удержать цены, придется покупать серую типографскую бумагу.
Второй вариант: идти на заметное повышение цен и печатать книги на офсетной бумаге. Хотя никакая офсетная бумага российского производства даже отдаленно не дотягивает до финских сортов. Более того, даже плохого качества бумага дорожает буквально каждую неделю, как и все полиграфматериалы. Цены в типографии пересматриваются регулярно. Например, на все книги, сданные в феврале и еще не отпечатанные, цены поднялись от 15 до 20%. Насколько я понимаю, пересмотр цен теперь стал регулярной практикой. Типографии пишут в своих сопроводительных письмах: «Данная цена действует 7 дней». Так что сдав книгу в типографию, мы не представляем, какова будут ее себестоимость на выходе. Поскольку пока книга будет ждать своей очереди в печать, цены ждать никого не будут.

4. Насколько возрастет стоимость книг и что будет с книготорговлей и книгоиздательством, если какие-то меры не будут приняты? 

Только за месяц «спецоперации» цены на книги выросли почти на 30%. Мы попытались удержаться от такого резкого повышения цен и повысили на 10%, но цепочка от издателя до покупателя не короткая, так что в пути книга подрастает еще, и немало. Боюсь, этот процесс уже не остановить, так что не исключаю 100% повышения цен на книги к концу года. Только кто сможет покупать книги по таким ценам, не понятно. Прекратить это уничтожение отрасли возможно, но издатели здесь бессильны.

5. Что нужно сделать, чтобы книгоиздательство, подорванное пандемией ковида, не умерло окончательно? 

В первую очередь, прекратить гонку цен на бумагу и полиграфические услуги и начать обсуждение в рамках всей отрасли.

6. В Wildberries заявили, что покупки книг в интернет-магазинах растут (выросли на 75% год к году в марте) и становятся все более заметным трендом не только в Москве и Санкт-Петербурге, но и регионах.  Может быть, стоит переключиться на интернет-торговлю или вы больше пока продаете книг через магазины?

— Мы давно работаем с интернет-магазинами, но рост интернет-продаж вовсе не означает суммарного роста продаж на 75%, как хвалится WB. В первую очередь, рост интернет-продаж компенсирует падение продаж в обычных магазинах. Но с резким увеличением цен на книги в интернет-магазинах рост наверняка сменится падением, а часть традиционных магазинов может вообще исчезнуть.

7. Некоторые издательства перешли пока на цифровые книги. Вы думаете о том, чтобы постепенно сворачивать печать бумажных книг и переключаться на электронные продукты?

— Это не решение проблемы. В нашем издательстве процент продаж цифровых и аудио книг составляет не более 15%, хотя мы присутствуем на цифровом рынке практически с момента его образования. В целом, цифровых книг продается от года к году все больше, но все равно они пока  не могут заменить бумажные книги.  Если мы остановим печать бумажных книг, нужно полностью сворачивать работу издательства.

 

Фото: Алла Штейнман, директор издателства «Фантом Пресс»